Бібліотека Страуса - Лев Николаевич Толстой - Записки маркера

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 3

- Послушай, - говорит, - Петр (Петрушкой не назвал), я тебе сейчас не могу отдать всех, а через два месяца хоть три тысячи могу заплатить.

А сам весь кра-асный стал, дрожит ажно голос у него.

- Хорошо, - говорю, - сударь.

Да и поставил кий. Он походил, походил, пот так с него и льет.

- Петр, - говорит, - давай на все.

А сам чуть не плачет.

Я говорю:

- Что, сударь, играть!

- Ну, давай, пожалуйста.

И сам кий мне подает. Я взял кий да шары на бильярд так шваркнул, что на пол полетели: известно, нельзя не пофорсить; говорю:

- Давай, сударь.

А уж он так заторопил, что сам шар поднял. Думаю себе: "Не получить мне семисот рублей; все равно проиграю". Стал нарочно играть. Так что же?

- Зачем, - говорит, - нарочно дурно играешь?

А у самого руки дрожат; а как шар к лузе бежит, так пальцы растаращит, рот скривит да все к лузе и головой-то и руками тянет. Уж я говорю:

- Этим не поможешь, сударь.

Хорошо. Как выиграл он эту партию я говорю:

- Сто восемьдесят рубликов за вами будет да полтораста партий; а я, мол, ужинать пойду.

Поставил кий и ушел.

Сел я себе за столик против двери, а сам смотрю: что, мол из него будет? Так что ж? Походит, походит - чай думает: никто на него не глядит - да за волосы себя как дернет, и опять ходит, бормочет все что-то, да опять как дернет.

После того дней с восемь не видать его было. Пришел в столовую раз, угрюмый такой, и в бильярдную не зашел.

Увидал его князь:

- Пойдем, - говорит, - сыграем.

- Нет, - говорит, - я больше играть не буду.

- Да полно! пойдем.

- Нет, - говорит, - не пойду.

Тебе, - говорит, - добра не сделает, что я пойду, а мне дурно от этого будет.

Так и не ходил дней с десять еще. А потом на праздниках как-то заехал, во фраке, видно в гостях был, и целый день пробыл: все играл; на другой день приехал, на третий... Пошло по-старому. Хотел я было с ним еще поиграть, так - нет, - говорит, - с тобой играть не стану. А сто восемьдесят рублей, что я тебе должен, приди ко мне через месяц: получишь.

Хорошо. Пришел к нему через месяц.

- Ей-Богу, - говорит, - нет, а в четверг приди.

Пришел я в четверг. Славную такую квартерку занимал.

- Что, - говорю, - дома?

- Почивает, - говорят.

Хорошо, подожду.

Камердин у него из своих был - старичок такой седенький, простой, ничего политики не знал. Вот и поразговорились мы с ним.

- Что, - говорит, - мы тут живем с барином! Совсем замотались, и никакой им ни чести, ни пользы нет от Петербургу от этого. Из деревни ехали, думали: будем как при покойнике барине, царство небесное, по князьям, по графам да по генералам ездить; думали: возьмем себе какую из графинь кралю, с приданым, да и заживем по-дворянски; а выходит на поверку, что мы только по трахтирам бегаем - совсем плохо! Княгиня-то Ртищева ведь нам тетка родная, а князь Воротынцев тятенька хресный. Что ж? только на Рождество был раз, да и носу не кажет. Уж ихние люди и то смеются мне: что, мол, ваш барин-то, видно, не в папеньку пошел. Я раз и говорю ему:

- Что, сударь, к тетеньке не изволите ездить? Они скучают, что вас давно не видали.

- Скучно, - говорит, - там, Демьяныч!

Поди ты! только и веселья нашел, что в трахтире. Хоть бы служил что ли, а то нет: занялся картами да прочим, а уж евти дела никогда к добру не поведут...

Э-эх! пропадаем мы, так, ни за грош пропадаем!.. У нас от барыни-покойницы, царство небесное, богатейшее именье осталось: тысяча душ слишком, тысяч на триста лесу было. Все заложил теперь, лес продал, мужичков разорил, и все нет ничего. Без господина, известно, управляющий сам больше господина... дерет с мужика последнюю шкуру, да и шабаш. Ему что? набить бы только карман, а там хоть с голоду все помирай. Намедни пришли два мужичка, жалобы принесли от всей вотчины.

- Разорил, - говорят, - в конец мужиков.

Что ж? прочитал жалобы, дал по десяти рублей мужичкам. - Я, - говорит, - сам скоро буду. Получу деньги, - говорит, - расплачусь, тогда уеду.

А где расплатиться, когда мы все долги делаем! Ведь много ли, мало ли, тут зиму прожили, тысяч восемьдесят спустили; а теперь в доме рубля серебром нету! А все от добродетели своей. Уж такой простой барин, что и сказать нельзя. От этого самого и пропадает, так вот ни за что пропадает.

И сам чуть не плачет, старик-то. Такой старик смешной.

Проснулся часу в одиннадцатом, позвал меня.

- Не прислали мне, - говорит, - денег, только я виноват. Затвори, - говорит, - дверь.

Я затворил.

- Вот, - говорит, - возьми часы или булавку брильянтовую и заложи их. Тебе, - говорит, - за них больше ста восьмидесяти рублей дадут, а когда я получу деньги, то выкуплю, - говорит.

- Что ж, - я говорю, - сударь, коли денег у вас нет, нечего делать: пожалуйте хоть часы. Я для вас могу уважить.

А сам вижу, что часы рублей триста стоят.

Хорошо. Заложил я часы за сто рублей, а записку ему принес.

- Восемьдесят, - говорю, - рублей за вами будут; а часы сами извольте выкупить.

Так и по сие время восемьдесят рублей моих денег за ним осталось.

Таким-то родом стал он к нам опять каждый день ходить. Уж не знаю, какие у них промеж себя расчеты были, только все вместе с князем езжали. Или с Федоткой наверх пойдут играть. И тоже какие-то у них втроем мудреные счеты были: тот тому дает, тот тому дает; а кто кому должен, не разберешь никак.

И бывал он таким манером у нас два года, почитай, что каждый день, только вид уж свой потерял: бойкой стал и другой раз до того доходил, что у меня по целковому занимал извозчику отдать; а по сту рублей с князем партию играли.

Скучный, худой, желтый стал. Приедет, бывало, абсинту сейчас рюмочку велит подать, канапе закусит, да портвейном запьет; ну, и повеселей как будто.

Приезжает раз перед обедом, на маслянице дело было, и стал с каким-то гусаром играть.

- Хотите, - говорит, - заинтересовать партию?

- Извольте, - говорит. - На что?

- Бутылку Клодвужо, хотите?

- Идет.

Хорошо. Гусар выиграл, и пошли кушать. Сели за стол; только Нехлюдов и говорит:

- Simon! бутылку Клодвужо; да смотри, согреть хорошенько.

Simon ушел, приносит кушанье, бутылки нет.

- Что ж, говорит, вино?

Simon побежал, приносит жаркое.

- Подавай же вино, - говорит. Simon молчит. - Что ты с ума сошел! мы уж кончаем обедать, а вина нет. Кто ж его пьет с десертом?

Побежал Simon.

- Хозяин, - говорит, - вас просит.

Покраснел весь, выскочил из-за стола.

- Что, - говорит, - ему надо?

А хозяин стоит у двери.

- Я, - говорит, - не могу вам больше верить, коли вы мне по счету не заплатите.

- Да я, - говорит, - вам сказал, что я в первых числах отдам.

- Как вам угодно, - говорит, - будет; а я в долг не могу беспрестанно давать и ничего не получать. У меня и так, - говорит, - десятки тысяч в долгах пропадают.

- Ну, полно, моншер, - говорит, - уж мне-то можно поверить. Пришлите бутылку, а я постараюсь вам поскорее отдать.

И убежал сам.

- Что это, вас зачем вызывали? - гусар говорит.

- Так, - говорит, - просил меня об одной вещи.

- А славно бы, - говорит гусар, - теперь винца тепленького стакан выпить.

- Simon, что же?!

Побежал мой Simon. Опять нет ни вина, ничего. Плохо. Вышел из-за стола, прибежал ко мне.

- Ради Бога, - говорит, - Петруша, дай мне шесть целковых.

А на самом лица нет.

- Нету, - говорю, - сударь, ей-Богу, да ужи так за вами моих много.

- Я тебе, - говорит, - сорок целковых за шесть через неделю отдам.

- Коли бы были, - говорю, - я бы несмел отказать, а то, ей-ей, нету.

Так что же? выскочил, зубы стиснул, кулаки сжал, как шальной по колидору бегает, да по лбу себя как треснет.

- Ах! - говорит, - Господи! Что это?

Даже не зашел в столовую, вскочил в карету и ускакал.

То-то смеху было. Гусар говорит:

- Где, мол, барин, что со мной обедал?

- Уехал, - говорят.

- Как уехал? Что ж он сказать велел?

- Ничего - говорят, - не велели сказывать: сели, да и уехали.

- Хорош, - говорит, - гусь!

Ну, думаю себе, теперь долго ездить не будет, после то есть сраму такого. Так нет. На другой день в вечеру приезжает. Пришел в бильярдную и ящик какой-то с собой принес. Снял пальто.

- Давай играть, - говорит. Глядит исподлобья, сердитый такой.

Сыграли партийку.

- Довольно, - говорит, - поди принеси мне перо и бумаги: письмо нужно написать.

Сторінка 3

Назад Далі

1 2 3 4

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.