Бібліотека Страуса - Макс Фрай - Хроники Эхо 3

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 11

- Да ну, ерунда какая. Знай себе на здоровье. Подозреваю, тебя мои тайны не шокируют. Заодно мне их перескажешь, объяснишь, как я на самом деле устроен. А то у меня куча вопросов, особенно в последнее время...

- ...и ни малейшей готовности слушать ответы, - подхватил он.

Все-таки внешность очень много значит. Я всегда подозревал, что пробуждаю в этом ужасном человеке дремучие отцовские инстинкты, но до сих пор он как-то держал себя в руках - ну, почти всегда. А стоило мне превратиться в малолетнего беспризорника, и Шурф как с цепи сорвался. Хотя теоретически должен бы понимать, что моя внешность - лишь видимость, в обоих случаях. У меня было огромное искушение - плюнуть на все дела и побежать показаться всем остальным коллегам, поглядеть, как они себя поведут. Но я устоял.

Сэр Шурф поднялся со стула.

- Что ж, если ты решился на обмен, я пошел.

- Куда это? - удивился я.

- На Сумеречный рынок за покупками. У меня в хозяйстве нет необходимых ингредиентов для изготовления Свечи Фиттеха.

- Возьми меня с собой, - попросил я. - А то останусь один, буду тут сидеть, думать всякие глупости и бояться. Ты же меня знаешь.

- Знаю. Но ты всерьез собрался выходить из дому в таком виде?

Судя по выражению обычно невозмутимой физиономии Лонли-Локли, мне снова удалось его удивить.

Я оглядел себя и понял, что он прав.

- Да, действительно. Вид еще тот. Жалко.

Друг мой неожиданно смягчился.

- С другой стороны, я намерен изменить облик, чтобы остаться неузнанным. Обычно для этого бывает достаточно переодеться. Но твое присутствие могло бы стать неплохим дополнением к маскировке, благо всем в городе прекрасно известно, что детей у меня нет. Что ж, попробую подыскать для тебя что-нибудь более пристойное, чем лохмотья Кобы.

- Спасибо, дяденька! - пискнул я ему вслед.

Шурф не поленился обернуться, укоризненно покачать головой и только после этого вышел из кабинета.

В тот же момент в моем сознании раздался голос Кобы. Легок на помине.

"Сэр Макс, где тебя вурдалаки носят? - поинтересовался он. - Неужели до сих пор трех корон не заработал?"

"Представь себе, нет, - покаялся я. - И короны не набралось. Но я не виноват. Меня, можно сказать, усыновили, еще на рассвете. Причем не чужой человек, а старый друг, которому я ни в чем не могу отказать. К тому же он, в отличие от некоторых, дал мне выспаться. Словом, мое обучение накрылось медным тазом, ты уж прости".

"Ничего страшного, - успокоил меня Коба. - Я свалял дурака, когда взялся тебя учить. Мог бы сразу сообразить, что без толку. Ну хоть денег заработал... Кстати, не забудь вернуть мою одежду и забрать свою долю выручки".

"Лохмотья верну, - пообещал я. - А деньги оставь себе. Мне они и правда не нужны".

"Знаю, что не нужны. Но таков порядок, - сурово сказал Коба. - Если я оставлю себе твою долю, удача от меня отвернется, поэтому будь добр, не отказывайся. Я пришлю к тебе своего человека. Он отдаст деньги и заберет одежду".

"Только не сегодня, - взмолился я. - Мне не до того будет".

"Ничего, я подожду, - пообещал старшина нищих. И после короткой паузы спросил: - Ты на меня больше не злишься?"

"А разве я злился?" - искренне удивился я.

И почти сразу вспомнил - да, действительно, не далее как минувшей ночью. А кажется, вечность прошла и не я это вовсе был, а незнакомый, чужой человек.

"Сам видишь, я не только не злюсь, а даже не помню, с какой стати на тебя взъелся".

"То есть я не сверну шею нынче же вечером? И с моста не упаду? И от неведомой заразы не позеленею? Что ж, хорошо. Одно удовольствие иметь с тобой дело, сэр Макс. Но опасное, как почти все удовольствия".

На том мы и распрощались, довольные друг другом, насколько это вообще возможно между людьми, которых объединяет неудавшаяся затея.

Когда сэр Шурф вернулся в гостиную, я его едва узнал. И весьма вероятно, не узнал бы вовсе, если бы не теоретическое понимание, что кроме него войти сюда никто не может. И ведь, казалось бы, никаких разительных перемен и чудесных превращений в духе сэра Кофы. Просто сменил человек белоснежное лоохи на темно-красное с капюшоном, натянул тонкие алые перчатки, чтобы скрыть от любопытных взоров ногти, изрисованные защитными рунами, да усы с бородой не то наклеил, не то просто отрастил в одночасье, как это у них, могущественных колдунов, заведено. И еще слегка ссутулился, чего за ним отродясь не водилось. Вот, собственно, и все. А какой эффект!

- С ума сойти, - сказал я. - Настоящий шимарский горец, только без парадной прически. С другой стороны, кому какое дело, что там у тебя под капюшоном таится - светлая голова или косы с перьями...

- Вот именно. - И он швырнул мне желтое лоохи, расшитое черными стрелами. - Одевайся. Должно быть впору. Осталось у жены с тех времен, когда вдруг вошли в моду короткие лоохи, едва до колена.

- А все остальное? - жалобно спросил я.

- Другой одежды на твой нынешний рост в доме нет. Придется тебе закутаться как следует, чтобы только носки сапог и кончик носа было видно.

- То-то и оно, что кончик носа, - проворчал я. - Тюрбан-то у тебя найдется? Желательно черный, чтобы по цвету хоть как-то сочеталось с этим безобразием.

- А тюрбан тебе пока не положен. Дети головных уборов не носят, неужели не обращал внимания? Поэтому как следует причешись. Очень удачно, что ты давно не стригся, столичные подростки как раз предпочитают длинные волосы... И знаешь, давай-ка я принесу тебе бритву. Демонстрировать твой колючий подбородок уличной толпе и рыночным торговцам я бы не рекомендовал. Небритый ребенок - зрелище для избранных.

- Вроде тебя? - ехидно спросил я.

- Совершенно верно. Моя подготовка позволяет мне хладнокровно созерцать все что угодно. Даже твой нынешний облик.

Эк он все-таки разошелся.

- Ну что, меня уже можно выпускать на улицу? - спросил я четверть часа спустя.

- Можно, - ответил Лонли-Локли. - Вопрос - нужно ли? Ну да ладно, пошли.

В довершение всех бед он, разумеется, не пустил меня за рычаг амобилера. Дескать, в Ехо не принято, чтобы дети городским транспортом управляли.

Это, честно говоря, нигде не принято, кто же спорит. Однако мне было обидно. Кажется, я тоже вошел в роль трудного подростка, угнетаемого строгим отцом. Оно и понятно, в такую роль войти - раз плюнуть.

Пришлось мне бездарно ютиться на заднем сиденье, пока наш амобилер медленно и торжественно полз через весь город. Дорога до Сумеречного рынка отняла у нас часа полтора, я вконец извелся. Лучше бы пешком пошли, честное слово.

Однако когда я смирился с мыслью, что поездка будет продолжаться вечно, мы все-таки остановились на Рыночной площади.

- Держи, - сказал Лонли-Локли, протягивая мне большую корзину, сплетенную из кожаных лоскутов.

- Что это? - опешил я. - Зачем?

- Когда дети сопровождают взрослых на рынок, они обычно несут покупки, - объяснил мой друг. - Я просто стараюсь следовать сложившимся традициям. Ты же не хочешь, чтобы на нас все глазели?

- Хорошо хоть, вы, взрослые, верхом на детях не ездите, - проворчал я, принимая корзину. - И палками их публично не бьете. Какая нечеловеческая удача!

Лонли-Локли с видом мученика возвел глаза к бледному полуденному небу. Его, впрочем, можно было понять. Я и сам-то от себя уже начал уставать, а стороннему человеку, конечно, куда как труднее.

Сумеречный рынок, занимающий целый квартал в самом сердце Старого Города, - одно из самых колоритных местечек в столице Соединенного Королевства. Это почти бесконечные лабиринты крытых прилавков и тесных павильонов, днем и ночью освещенные лишь тусклым оранжевым светом мелких грибов да голубым сиянием газовых шаров - отсюда, говорят, и название. Пространство такое же пестрое и шумное, как Речной Порт, но гораздо более компактное и чистое, насквозь пропахшее заморскими пряностями, свежеструганным благовонным деревом, запретными чудесами и чужими секретами. Здесь нет ни нищих, ни пьяных матросов, ни гнилых досок, ни пыльных мешков. Только деловитые продавцы да товары, попавшие сюда из корабельных трюмов, ремесленных мастерских и даже чужих сундуков: воры предпочитают торговать краденым именно здесь, на Сумеречном рынке, больно уж он велик, так что затеряться в толпе проще простого. Сюда несут свою добычу и знатоки подземных лабиринтов, профессиональные мародеры с университетским образованием, вдумчивые расхитители сокровищ из подвалов древних дворцов и тайных складов бывших Орденских резиденций, где, говорят, хитроумных ловушек больше, чем камней в стенах, зато до сих пор можно найти в высшей степени полезные и опасные сувениры минувших эпох.

Я не раз слышал, что на Сумеречном рынке можно купить все что угодно - хоть тычинки серой орхидеи из Шиншийского Халифата, хоть скорлупу яиц арварохского хуба, хоть заплату от мехового плаща основателя Ехо Халлы Махуна Мохнатого. Нужно только прийти сюда в правильное время и обратиться с правильным вопросом к правильному человеку. Не знаю, я-то сам всегда посещал Сумеречный рынок скорее ради развлечения, чем в поисках редкостей. И покупки делал просто так, по вдохновению, а не по заранее составленному списку.

Лонли-Локли, как нетрудно догадаться, действовал совсем иначе. Во-первых, у него действительно был заготовлен длиннющий список. Во-вторых, он явно представлял, где что искать и к кому следует обращаться с вопросами. Поэтому мы не праздно слонялись по рынку, как я привык, а методично прочесывали его территорию, то и дело останавливаясь у прилавков, заваленных какими-то загадочными порошками, травами и плотно закупоренными керамическими сосудами. Некоторые товары Шурф покупал не торгуясь; иногда, напротив, настойчиво сбивал цену, хотя речь шла о каких-то несчастных горстях, - я бы на его месте, не задумываясь, полез в карман за деньгами. Так то я, известный мот и транжира, непрактичная бестолочь.

Пару часов спустя я был близок к тому, чтобы начать ныть и канючить, как и положено ребенку, измученному продолжительным шопингом. К счастью, сэр Шурф вовремя догадался купить мне отличное пирожное - невесомый комок сладкой ореховой пыли размером почти с мою голову. Это, как ни странно, на какое-то время вполне примирило меня с реальностью, я даже корзинку эту грешную ему простил. Ну, скажем так, почти.

Меж тем мы сделали несметное множество покупок. Корзина моя наполнилась свертками, пакетами и склянками; самое поразительное, что все наши приобретения я видел впервые в жизни. Более того, никогда прежде не слышал об их существовании. Порошок Тротт, кора дерева кури, дымная глина из Лохри, сок маракумбы, смола ферниха, кислая шиншийская смесь, сушеные моллюски кримпи и еще добрая дюжина наименований, столь же загадочных, сколь и бессмысленных - с точки зрения необразованного болвана вроде меня.

Наконец, когда я уже потерял надежду когда-нибудь выйти из душного полутемного павильона на свежий воздух, Лонли-Локли внимательно проглядел список и объявил:

- Ну вот и все. Нам повезло. Я-то опасался, что некоторые ингредиенты придется специально заказывать у знакомых поставщиков; ожидание могло бы затянуться до глубокой ночи. Но сегодня на удивление удачный день.

- Придется поверить тебе на слово, - вздохнул я. - Давно уже забыл, что это такое - удачный день. А оно вон как. Все моллюски кримпи наши, и ничего больше не нужно для счастья!

- Моллюски - это как раз пустяки, - совершенно серьезно заверил меня Шурф. - Ходовой товар. А вот по дешевке купить у незнакомого торговца стеклянный пепел из Куними - огромная удача. Я на это, конечно, надеялся, но не слишком рассчитывал.

- А теперь мы поедем домой? - жалобно спросил я. - У меня уже голова кругом идет, и снова спать хочется. Душно здесь. И запахи эти...

- Думаю, дело не в духоте и не в ароматах. Скорее всего, через несколько часов к тебе вернется прежний облик. Эти старинные уандукские зелья чем плохи - похмелье от них хуже, чем от джубатыкской пьяни, почти от всех. Поехали, действительно, пока ты на ногах держишься.

В амобилере я уже не сидел, а лежал. Думаю, Шурф был прав, все дело в этой Кобиной микстуре. По крайней мере, во рту у меня снова появился привкус серы и груш, а мышцы болели так, словно я дюжину дней не вылезал из тренажерного зала. Хотя, казалось бы, с чего?

- Что, плохо дело? - сочувственно спросил Шурф. - Ничего, потерпи. Не слишком высокая плата за неосмотрительность. И как у тебя ума хватило из чужих рук неизвестное питье принимать? Ты же не мог знать, как оно на тебя подействует. После супа Отдохновения и убившего тебя приворотного зелья мог бы быть осторожнее!

- Не мог, - огрызнулся я. - Если бы мог, то и был бы, неужели непонятно?

- Да, действительно, - согласился мой друг. И, немного помолчав, добавил: - Если станет совсем скверно, скажи. Отвезу тебя к Джуффину. Для борьбы с уандукскими зельями моих знахарских познаний, боюсь, недостаточно.

- А если просто в меру паршиво?

- Тогда как-нибудь потерпишь. Случались с тобой вещи и похуже. Скажешь, нет?

Он был совершенно прав, как всегда.

Ехать к Джуффину, хвала Магистрам, все-таки не пришлось. Мышцы болели, голова кружилась, перед глазами плясали цветные круги, а к горлу подступала тошнота - но и только. Я даже из амобилера выйти смог. И по лестнице в кабинет Шурфа кое-как поднялся. Но уж там рухнул на одеяла и лежал не двигаясь, наслаждался полным покоем. Даже от обеда отказался наотрез, лишь бы не нужно было шевелиться. Хватит уж!

Пока я валялся, Лонли-Локли сортировал покупки, сверяясь с какими-то своими записями. Кажется, остался доволен.

- Макс, а мы можем воспользоваться твоей кухней? - вдруг спросил он. - Я имею в виду кухню Мохнатого Дома. Припоминаю, ты неоднократно высказывал намерение избавиться от слуг, в том числе и от поваров. Теперь там пусто?

- К сожалению, это оказалось не так-то просто. Не забывай, в Мохнатом Доме живут Хейлах и Хелви. Хоть и отставные, а все-таки царицы народа Хенха. Им-то слуги нужны позарез. Леди Сотофа, насколько я знаю, уже научила девчонок таким чудесам, что нам с тобой и во сне не снились, однако приготовить себе завтрак эти красотки все еще не способны. Или просто не хотят...

- Это все чрезвычайно интересно, - вежливо сказал Шурф. - Но я хотел выяснить, сможем ли мы воспользоваться твоей кухней. И все.

- Нет проблем. Пошлю зов девочкам, они выставят из Мохнатого Дома поваров и всех прочих слуг. И сами отправятся гулять, если понадобится. Хоть до утра. Я редко их о чем-то прошу, вернее, вовсе никогда. Но раз в жизни можно - учитывая обстоятельства.

- Вечно ты перегибаешь палку, - вздохнул Лонли-Локли. - Не нужно юным леди бродить по улицам до утра. Вполне достаточно, если на закате для нас освободят кухню. Что будет происходить в других комнатах дома, не имеет значения - при условии, что у твоих домочадцев хватит благоразумия не нарушать наше уединение.

- Ладно, - примирительно сказал я. - Сейчас договорюсь с Хейлах. Ее благоразумия хватит на что угодно, не сомневаюсь. А потом усыпи меня, если тебе не трудно, ладно? Утром у тебя превосходно получилось. Может, проснусь уже взрослым...

- Ну, это как раз вряд ли, - осадил меня сэр Шурф. - Взрослым ты проснешься хорошо если лет через сто, да и то, по правде сказать, сомневаюсь. А вот твой рост, похоже, скоро станет прежним. И переживать такие метаморфозы действительно лучше во сне, тут ты абсолютно прав.

Проснулся я уже в сумерках. Некоторое время неподвижно лежал, пытаясь понять, на каком я свете. Новости из недр организма мне скорее нравились, чем нет: я чувствовал себя если не хорошо, то сносно. Мышцы все еще слегка ныли, но по сравнению с давешними муками это была сущая ерунда. Зато выданные Кобой шелковые штаны теперь едва закрывали колени: я, надо понимать, снова вырос, хвала Магистрам! Я-то в глубине души опасался, что, несмотря на все Кобины обещания, останусь маленьким навсегда. Вот был бы номер! Этакий Питер Пэн из Тайного Сыска, все мятежные Магистры плачут от умиления и бегут в лавку за конфетами...

В связи с благополучным возвращением прежнего облика мне срочно требовалась нормальная человеческая одежда, но взять ее было негде, а попросить о помощи некого: сэр Шурф опять куда-то запропастился. Я, конечно, мог послать ему зов, но решил сперва спокойно выпить кофе. И съесть, что Щель между Мирами пошлет. И закурить - наконец-то! Повзрослевшее тело сразу же вспомнило все свои прежние привычки, и теперь каждая его клеточка истошно вопила, требуя кофеина и никотина - хорошо хоть, не большой и чистой любви. В этом вопросе я сейчас не смог бы ему помочь. А вот извлечь из Щели между Мирами чашку капуччино и пачку сигарет - запросто. Все-таки я невероятно могущественный колдун, сам иногда поражаюсь.

Лонли-Локли вернулся через полчаса, когда я как раз лениво размышлял, что следует сделать раньше: послать ему зов или все-таки раздобыть и опустошить третью по счету чашку кофе.

- Как ты себя чувствуешь? - с порога спросил он.

- Немного хуже, чем превосходно. Но лучше, чем просто нормально, - отрапортовал я. - Еще бы роскошь эту сменить на нормальную человеческую одежду, совсем было бы распрекрасно. - И я выразительно помахал перед его носом драной полой лоохи из Кобиных сундуков.

- Рад, что одежда - твоя единственная серьезная проблема, - ответствовал Лонли-Локли. - Правда, помочь тебе будет не так-то просто. Мои вещи тебе все равно велики. А одежда Хельны, напротив, мала.

- Ничего, мне бы только до Мохнатого Дома доехать. Потому что в таком виде я даже ночью и в амобилере на улице показаться не рискну. Смотри, какой я теперь модник!

И я поднялся во весь рост, чтобы дать ему возможность оценить мою несказанную красоту. Заодно убедился, что тело окончательно образумилось и решило больше меня не мучить. Вот и молодец, сразу бы так.

Сэр Шурф глядел на меня во все глаза, куда только девалась его обычная невозмутимость! Впрочем, зрелище того стоило. Засаленные куманские штаны, короткие и широкие, теперь сидели на мне как пышная мини-юбка; куцая ташерская куртка больше не прикрывала пупок. Драное шимарское лоохи едва достигало колен, черно-желтый наряд жены Шурфа был ненамного длиннее и чрезвычайно эффектно дополнял мои лохмотья.

- Я прекрасен, правда? - гордо спросил я.

Лонли-Локли молча меня разглядывал. Могу его понять, я бы и сам на его месте пялился во все глаза. Когда еще такое увидишь.

- Пойду поищу тебе что-нибудь, - наконец сказал он. - Ты совершенно прав, Макс, даже ночью и в амобилере все равно не стоит.

- А кстати, где тебя опять носило? - бесцеремонно спросил я, усаживаясь за рычаг амобилера. - Пока я спал, что-то стряслось? И Джуффин попросил тебя вернуться в Дом у Моста?

- Нет, что ты. Ходил в библиотеку, еще раз перечитал всю литературу, связанную с Обменом Ульвиара. Законспектировал некоторые нюансы, которые недостаточно твердо усвоил. На обратной дороге заехал в Канцелярию Тайных Волеизъявлений, составил завещание...

- Завещание?! - в ужасе переспросил я. Почему-то шепотом.

- Ну да. А что здесь необычного? У меня есть определенные обязательства перед Хельной. Когда я предложил ей стать моей женой, я честно предупредил, что из меня вряд ли получится такой спутник жизни, рядом с которым можно спокойно состариться. Во-первых, у меня довольно опасная работа, а во-вторых, неизвестно, когда мне придется расстаться с нынешней маской по имени сэр Лонли-Локли и кто, собственно, придет ему на смену. Но я твердо обещал, что, как бы ни сложились обстоятельства, ей до конца жизни не придется испытывать нужду. Для многих поэтов это, знаешь ли, довольно важно. У них, по правде сказать, не самая прибыльная профессия - времена, когда Короли осыпали сокровищами всякого, кто способен дельно срифмовать более двух строчек, давно миновали...

- С этим-то все ясно, - отмахнулся я. - Но почему ты отправился писать завещание именно сегодня? Перечитал эти грешные рукописи и понял, что Обмен Ульвиара - более опасная затея, чем тебе казалось?

- Сам по себе обмен? Нет, не беспокойся, я по-прежнему не думаю, что этот ритуал опасен. Быть тобой - вот это действительно опасная затея. Я уже не раз говорил тебе, как меня удивляет тот факт, что ты до сих пор жив. И радует, конечно, но сейчас не о том речь. Просто нет никаких гарантий, что я окажусь столь же удачлив.

Я озадаченно умолк. Вот уж никогда не думал, что сэр Шурф Лонли-Локли хоть чего-нибудь опасается. И уж тем более я не мог предположить, что самой опасной вещью на свете ему представляется такой пустяк, как пребывание в моей шкуре. Подумаешь, горе! Я каждый день в ней живу, и ничего. Вроде бы.

В Мохнатом Доме было как никогда тихо и пусто. В окнах второго этажа, впрочем, горел свет. Хейлах и Хелви, как я понимаю, засели наверху, не желая нам мешать. И Друппи там же заперли, чтобы не крутился под ногами с радостным лаем. И кошек с ним за компанию. А вот куда они дели слуг - загадка. То ли просто отпустили гулять, то ли превратили во что-нибудь малогабаритное и неподвижное. Я же действительно не знаю, чему их там леди Сотофа успела научить...

Пока я оглядывался по сторонам, Лонли-Локли проследовал прямиком на кухню. Корзинку с закупленной на Сумеречном рынке чертовщиной он на сей раз нес сам, не стал меня навьючивать. Все-таки хорошо быть взрослым!

- Твоя кухня очень скверно оборудована, - с упреком заметил сэр Шурф, завершив беглый осмотр кухонной утвари. - Хуже дворцовой, честное слово!

Сторінка 11

Назад Далі

1....9 10...12 13...18

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.