Бібліотека Страуса - Джеймс Хэдли Чейз - Сильнее денег

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 35

– Не волнуйтесь, мистер Холлидей, – положив трубку, обратился ко мне Вейнборг. – Доктор Гудиер никогда не отказывается в подобных случаях.

– Можно мне повидать ее?

– Не вижу смысла. Она без сознания.

– И все же мне хотелось бы.

Некоторое время он внимательно смотрел на меня, потом кивнул.

– Что ж, пойдемте.

Сарита неподвижно лежала на кровати, прикрытая простыней до самого подбородка. Голова у нее была забинтована. Она показалась мне маленькой и до того бледной, что ее можно было принять за труп.

Около кровати сидела медицинская сестра. При нашем появлении она молча поднялась, взглянула на Вейнборга и покачала головой.

Это были самые тяжелые минуты моей жизни. Я стоял в ногах кровати, смотрел на Сариту и чувствовал, как где-то в глубине души у меня растет убеждение, что она никогда вновь не заговорит со мной, никогда не взглянет на меня, никогда не обнимет.

Дома, едва успев войти в квартиру, я услышал настойчивый телефонный звонок. Говорил мэр Мэтиссон.

– Джефф? Я искал тебя. Джек сказал, что ты был у жены. Как она?

– Все так же. Пригласили опытного специалиста. Очевидно, будет оперировать.

– Мы с Элен все время думаем о тебе. Чем бы мы могли тебе помочь?

Я сухо поблагодарил и ответил, что мне ничем нельзя помочь. Сейчас все зависит от этой знаменитости Гудиера.

– Джефф, тебе потребуются деньги. Я уже переговорил с членами комитета, они согласились выплатить тебе половину гонорара. Завтра у тебя в банке будет тридцать тысяч долларов. Мы обязаны спасти Сариту. Нашу милую, очаровательную...

Я не выдержал.

– Благодарю, – буркнул я и бросил трубку на рычаг.

Закурив, я тут же сунул сигарету в пепельницу.

Деньги... До уплаты Римме второго взноса – десяти тысяч долларов – оставалось восемь дней, а еще через месяц мне предстоит выплатить еще тридцать тысяч. Но на этом Римма, конечно, не остановится. Но не платить Римме я не мог. Ей ничего не стоит сообщить обо мне в полицию, и я окажусь в тюрьме как раз в то время, когда Сарита так во мне нуждается.

Я бродил взад и вперед по комнате и мучительно размышлял. Снова поехать в Санта-Барбару? Но нельзя же оставлять Сариту в таком состоянии.

В конце концов я решил написать Римме и попросить ее об отсрочке. Я сообщил, что с женой произошло несчастье, что лечение потребует больших расходов и потому я пока не могу платить ей, но позже...

Видимо, я действительно был слишком расстроен, если вообразил, будто Римма способна на проявление жалости. Но как бы то ни было, я разыскал дворника и попросил его как можно быстрее отправить письмо.

Часов в восемь вечера мне позвонили из больницы и сообщили, что доктор Гудиер уже там и просит меня сейчас же приехать.

Гудиер, маленький, полный и лысый человек с резкими манерами, заявил мне, что намерен оперировать немедленно.

Следующие три часа были долгими и страшными. Часов в десять пришел Джек. Мы молча сидели в приемной. Некоторое время спустя появился Мэтиссон с женой. Проходя мимо меня, миссис Мэттисон ободряюще дотронулась до моего плеча.

В двенадцать тридцать пять из операционной вышла медицинская сестра и кивком пригласила меня следовать за ней. Мы прошли в кабинет Вейнборга. Доктор Гудиер, выглядевший постаревшим и утомленным, сидел на краешке письменного стола и курил. Вейнборг стоял у окна.

– Ну-с, мистер Холлидей, – заговорил Гудиер, – операция прошла успешно. Теперь только бы избежать послеоперационных осложнений. Во всяком случае, могу сказать, что ваша жена будет жить.

Что-то в его тоне и во всей гнетущей атмосфере комнаты помешало мне выразить свою радость.

– Продолжайте.

Мой хриплый голос самому мне показался чужим.

– Будет жить, – тихо повторил Гудиер. – Но... но повреждение мозга оказалось слишком тяжелым. Сожалею, но ваша жена навсегда останется инвалидом. – Он помолчал. – В лучшем случае она сможет передвигаться в кресле-коляске. По всей вероятности, она с трудом сможет говорить, а память у нее будет нарушена.

Он взглянул на меня, и я прочел в его глазах печаль и признание своего поражения.

– И вы считаете операцию успешной? – спросил я. – Она не сможет ходить, почти не сможет говорить, но сможет узнавать меня. Это и есть успех?

– Доктор Гудиер чудом спас ей жизнь, – проговорил Вейнборг.

– Жизнь?! Это вы называете жизнью? Не лучше ли ей было умереть?

Я выбежал из кабинета и быстро пошел по коридору.

Джек стоял у порога приемной. Он схватил меня за руку, но я вырвался и бросился в темноту, ничего не слыша и не замечая.

Все следующие три дня я жил в какой-то пустоте. Я сидел дома и ждал телефонного звонка.

Сарита все еще не приходила в себя и временами находилась на грани смерти.

Я был один в квартире, часами просиживал в кресле, почти ничего не ел и непрерывно курил. Иногда заглядывал Джек, но, побыв несколько минут, исчезал, чувствуя мое нежелание видеть людей. Никто мне не звонил, все знали, что я жду звонка из больницы.

На третьи сутки, часов в девять вечера, телефон наконец зазвонил. Я схватил трубку.

– Да?

– Мне с тобой нужно переговорить.

Это была Римма, я сразу узнал ее голос. Сердце у меня упало.

– Где ты?

– В баре гостиницы «Астер». Я жду. Когда ты сможешь приехать?

– Сейчас же. – Я положил трубку, тут же позвонил в больницу и сообщил дежурной сестре, что она сможет найти меня в баре отеля «Астер», если я понадоблюсь.

На улице моросил дождь.

Гостиница «Астер» считалась лучшей в нашем городе. Следовательно, Римма уже начала менять свой образ жизни, используя мои деньги. Я не сомневался, что она примчалась за очередным взносом. Она, конечно, догадывалась, что я прикован к месту, что меня в любую минуту могут вызвать в больницу, и потому решилась пойти на риск новой встречи.

Я вошел в бар «Астер», почти пустой в это время. У стойки сидело трое мужчин; они пили виски и вполголоса разговаривали между собой. За столиком в углу две женщины средних лет оживленно болтали за бокалами шампанского. В другом углу сидел молодой парень атлетического сложения, на нем был спортивный пиджак кремового цвета, красно-белое кашне, завязанное у горла большим узлом, узенькие брюки бутылочно-зеленого цвета и модные темно-коричневые ботинки. Он выглядел как внезапно разбогатевший шофер грузовой машины и явно чувствовал себя не в своей тарелке в этом роскошном помещении. В большой смуглой руке он держал стакан виски, а с его лица, еще тонкого, но уже отмеченного печатью грубой чувственности, не сходило выражение растерянности.

Сторінка 35

Назад Далі

1....33 34...36 37...52

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.