Бібліотека Страуса - Аркадий и Борис Стругацкие - Гадкие лебеди

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 11

Виктор приостановился и парня это воодушевило.

-- Еду нормально. Везу книги в спецзону. Тыщи раз возил. Теперь, значит, останавливают, приказывают ехать в полицию. За что? Правил я не нарушал? Не нарушал. Бумаги в порядке? В порядке, вот накладная. Лицензию отобрали, чтобы не сбежал. А куда мне бежать?

-- Хватит тебе орать, -- сказал полицейский.

Парень живо к нему обернулся.

-- Так что я сделал? Скажите, я скорость превышал? Не превышал. С меня же за простой вычтут. И документ вот отобрали...

-- Разберутся, -- сказал полицейский. -- Чего ты, в самом деле, растраиваешься? Пойдем вон в трактир, твое дело маленькое.

-- Э-эх, начальнички-и! -- Вскрикнул парень, с размаху напяливая на всклоченную голову картуз. Нигде правды нету! Налево ездишь -- задержиают, направо ездишь -- опять задерживают, -- он спустился с крыльца, но остановился и сказал полицейскому просительно: --

-- Может, штраф возьмете, или как нибудь?

-- Иди-иди, -- проговорил полицейский.

-- Так мне же премию обещали дать за срочность! Всю ночь гнал.

-- Иди, говорю! -- Сказал полицейский.

Парень снова плюнул, подошел к своему фургону, два раза лягнул по переднему скату, потом вдруг ссутулился и, сунув руки в карманы, почесал через площадь.

Полицейский посмотрел на Виктора, посмотрел на грузовик, посмотрел на небо, сигарета у него погасла, он выплюнул окурок, и, на ходу отгибая капюшон, ушел в управление.

Виктор постоял немного, затем медленно двинулся вокруг грузовика. Грузовик был здоровенный, мощный, раньше на таких возили мотопехоту. Виктор огляделся. В нескольких метрах перед грузовиком, свернув на бок пердние колеса, стоял и мокнул под дождем полицейский "Харлей", а больше машин поблизости не было. Догнать они меня догонят, подумал Виктор, но хрен они меня остановят. Ему стало весело. А какого черта, подумал он: известный писатель Банев, снова напившись пьян, угнал в целях развлечения чужую машину, к счастью обошлось без жертв... Он понимал, что все обстоит не так просто, что не он будет первый, кто доставляет властям благовидный предлог упрятать беспокойного человека в кутузку, но не хотелось раздумывать, хотелось повиноваться импульсу. В крайнем случае, напишу гаду статью, подумал он.

Он быстро открыл дверцу и сел за руль. Ключа не было, пришлось оборвать провода зажигания и соединить их накоротко. Когда мотор уже завелся, Виктор прежде чем захлопнуть дверцу, поглядел назад, на крыльцо управления. Там стоял давешний полицейский все с тем же недовольным выражением на лице и с сигаретой на губе. Заметно было, что он все видит, но ничего не понимает.

Виктор захлопнул дверцу, аккуратно съехал на мостовую, переключил скорость и рванулся в ближайший проезд. Было очень хорошо гнать по пустым, по заведомо пустым улицам, подымая колесами водопады луж, ворочать тяжелый руль, наваливаясь всем телом -- мимо консервного завода, мимо парка, мимо стадиона, где "братья по разуму", словно мокрые механизмы, все пинали и пинали свои мячи, и дальше, по шоссе, по рытвинам, подпрыгивая на сидении и слыша, как сзади в кузове каждый раз тяжело ухает плохо закрепленный груз. В зеркальце заднего вида погоня не обнаруживалась, да и вряд ли можно было ее заметить так скоро за таким дождем. Виктор чувствовал себя молодым, очень кому-то нужным и даже пьяным. С крыши кабины ему подмигивали красотки, вырезанные из журналов, в "бардачке" он нашел пачку сигарет, и ему было так хорошо, что он чуть не проскочил перекресток, но вовремя притормозил и свернул по стрелке указателя "лепрозорий -- 6 км". Здесь он чувствовал себя первооткрывателем, потому что ни разу не ездил и не ходил по этой дороге. А дорога оказалась хорошая, не в пример муниципальному шоссе -- сначала очень ровный ухоженный асфальт, а потом даже бетонка, и когда он увидел бетонку, он сразу вспомнил про проволоку и солдат, а еще через пять минут он все это увидел.

Проволочная ограда в один ряд тянулась в обе стороны от бетонки и проподала за дождем. Дорогу перегораживали высокие ворота с караульной будкой, дверь будки была распахнута и на пороге уже стоял солдат в каске, сапогах и плащ-палатке, из под которой высовывался ствол автомата. "Еще никогда я не был в лагерях, -- пропел Виктор, -- но не говорите: слава богу..." Еще один солдат, без каски, глядел в окошечко. Виктор сбросил газ и затормозил перед самыми воротами. Солдат вышел из будки и подошел к нему -- молоденький такой, веснушчатый солдатик, всего лет восемнадцати.

-- Здравствуйте, -- сказал он. -- Что это вы так припоздали?

-- Да, вот, обстоятельства, -- сказал Виктор, дивясь такому либерализму.

Солдатик оглядел его и вдруг подобрался.

-- Ваши документы, -- сказал он сухо.

-- Какие там документы, -- сказал Виктор весело. -- Я же говорю -- обстоятельства!

Солдат поджал губы.

-- Вы что привезли? -- Спросил он.

-- Книги, -- сказал Виктор.

-- А пропуск есть?

-- Конечно, нет!

-- Ага, -- сказал солдат и лицо его прояснилось. -- То-то я гляжу... Тогда подождите. Тогда подождать Вам придется.

-- Имейте в виду, -- сказал Виктор, подняв указательный палец. -- За мной может быть погоня.

-- Ничего, я быстро, -- сказал солдат, и придерживая на груди автомат, затопал сапогами к караулке.

Виктор вылез из кабины и, стоя на подножке, поглядел назад. Ничего не было видно за дождем. Тогда он вернулся за руль и закурил. Было довольно темно. Впереди, за проволокой и за воротами тоже крутился туман, угадывались какие-то темные сооружения -- то ли дома, то ли бараки, разобрать что-либо определенное было невозможно. Неужели не пригласят посмотреть? -- Подумал Виктор. Свинство будет, если не пригласят. Можно, правда, попытаться к Голему, он сейчас где-нибудь здесь... Так и сделаю, подумал он. Зря я, что ли геройствовал...

Солдатик снова вышел из караулки, а за ним старый знакомец, высокий прыщавый мальчик -- нигилист в одних трусах, очень сейчас веселый и без всяких следов всемирной тоски. Обогнав солдата, он вспрыгнул на подножку, заглянул в кабину, узнал, ахнул, засмеялся.

-- Здравствуйте, господин Банев! Это вы? Вот здорово... Вы ведь книги привезли? А мы ждем -- ждем...

-- Ну, что, все в порядке? -- Спросил подошедший солдатик.

-- Да, это наша машина.

-- Тогда загоняйте, -- сказал солдатик. -- А вам, сударь, придется выйти и подождать.

-- Я хотел бы повидать доктора Голема, -- сказал Виктор.

-- Можно вызвать сюда, -- предложил солдатик.

-- Гм, -- сказал Виктор и выразительно поглядел на мальчика. Мальчик виновато развел руками.

-- У вас пропуска нет, -- объяснил он. -- А без пропуска они никого не пускают. Мы бы с радостью...

Ничего не оставалось делать, пришлось вылезать под дождь. Виктор соскочил на дорогу и, подняв капюшон, смотрел, как распахнулись ворота, грузовик дернулся и рывком заполз за ограду. Потом ворота закрылись. Сквозь шум дождя Виктор некоторое время слышал завывание двигателя и шипение тормозов, потом ничего не стало слышно, кроме шороха и плеска. Вот так так, подумал Виктор. А я? Он ощутил разочарование. Только теперь он понял, что совершал свои подвиги небескорыстно, что он надеялся многое увидеть и многое понять... Проникнуть, так сказать, в эпицентр. Ну и черт с вами, подумал он. Он поглядел вдоль бетонки. До перекрестка шесть километров, и от перекрестка до города километров двадцать. Можно, конечно, от перекрестка до санатория -- два километра. Свиньи неблагодарные... Под дождем... Тут он заметил, что дождь ослабел. И на том спасибо, подумал он.

-- Так вызвать Вам господина Голема? -- Спросил солдат.

-- Голема? -- Виктор оживился. Вообще неплохо бы прогнать старого хрыча под дождем взад и вперед, и потом у него машина. И фляга.

-- А что же, вызовите.

-- Это можно, -- сказал солдатик. -- Вызовем. Только наврядли он выйдет, обязательно скажет, что занят.

-- Ничего, ничего, -- сказал Виктор. -- Вы ему скажите, что Банев спрашивает.

-- Банев? Ладно, скажу. Только он все равно не выйдет. Ну, да мне не трудно. Банев значит... -- И солдатик ушел, симпатичный такой солдатик, ласковый, сплошные веснушки под каской.

Виктор закурил сигарету, и тут раздался треск мотоциклетного двигателя. Из туманной пелены на сумасшедшей скорости выскочил "Харлей" с коляской, подлетел вплотную к воротам и остановился. В седле сидел тот самый полицейский с недовольным лицом и еще один, до глаз закутанный в брезент, сидел в коляске. Сейчас начнется, подумал Виктор, надвигая капюшон поглубже. Но это не помогло. Полицейский с недовольным лицом слез с мотоцикла, подошел к Виктору и рявкнул:

-- Где грузовик?

-- Какой грузовик? -- Изумленно спросил Виктор, чтобы выиграть время.

-- А Вы не прикидывайтесь! -- Заорал полицейский. -- Я вас видел! Вы под суд пойдете! Угон арестованной машины!

-- Вы на меня не орите, -- возразил Виктор с достоинством. -- Что за хамство? Я буду жаловаться.

Второй полицейский, разматывая на ходу брезентовые покровы, подошел и спросил:

-- Тот?

-- Ясно, тот! -- Сказал полицейский с недовольным лицом, извлекая из карманов наручники.

-- Но-но-но, сказал Виктор, отступив на шаг. -- Это произвол. Как вы смеете?

-- Не отягчайте вины сопротивлением, -- посоветовал второй полицейский.

-- А я ни в чем не виноват, -- нагло заявил Виктор и сунул руки в карманы. -- Вы меня с кем-то путаете, ребята.

-- Вы угнали грузовик, -- сказал второй полицейский.

-- Какой грузовик? -- Вскричал Виктор. -- При чем тут грузовик? Я пришел сюда в гости к господину Голему, главному врачу. Спросите у охраны. При чем здесь какой-то грузовик?

-- А может быть, не тот? -- Усомнился второй полицейский.

-- Ну как не тот? -- Возразил полицейский с недовольным лицом. Держа наготове наручники, он надвинулся на Виктора. -- А ну, давай руки! -- Сказал он деловито.

В этот момент дверь караулки хлопнула, и высокий пронзительный голос прокричал:

-- Прекратить скопление!

Виктор и полицейские вздрогнули. На пороге караулки стоял веснушчатый солдатик, выставив из-под накидки автомат.

-- Отойдите от ворот!-- Пронзительно крикнул он.

-- Ты там, потише!-- Сказал полицейский с недовольным лицом. -- Здесь полиция.

-- Скопление у ворот спецзоны более одного постороннего человека запрещается! После третьего предупреждения стреляю! Отойдите от ворот.

-- Давайте, давайте, отходите, -- озабоченно сказал Виктор, тихонько подталкивая в грудь обоих полицейских. Полицейский с недовольным лицом растерянно поглядел на него, отвел руку и шагнул к солдату.

-- Слушай, парень, что ты, сдурел? -- Сказал он. -- Этот тип угнал грузовик...

-- Никаких грузовиков! -- Протяжно и пронзительно проорал симпатичный ласковый солдатик. -- Па-аследнее предупреждение! Двоим отойти на сто метров от ворот!

-- Слушай, Рох, -- сказал второй полицейский. -- Давай, отойдем, ну их к богу. Никуда он от нас не денется.

Полицейский с недовольным лицом, багровый от негодования, открыл было рот, но тут в дверях караулки появился толстый сержант с обкусанным бутербродом в одной руке и со стаканом в другой.

-- Рядовой Джура, -- сказал он, жуя. -- Почему не открываете огонь?

На веснушчатом лице под каской появилось выражение озверелости. Полицейские бросились к мотоциклу, оседлали его, развернулись и мимо Виктора, принявшего позу регулировщика, ринулись прочь. Багровый полицейский прокричал им что-то неслышное за треском мотора. Отьехав шагов на пятьдесят, они остановились.

-- Близко, -- сказал сержант с неодобрением. -- Что же ты смотришь? Близко ведь.

-- Дальше! -- Пронзительно завопил солдатик, взмахивая автоматом.

Полицейские отьехали дальше, и их стало не видно.

-- Повадились посторонние толпиться у ворот, -- сообщил сержант солдатику, глядя на Виктора. -- Ну, ладно, продолжай нести службу. Он вернулся в караулку, а веснушчатый солдатик, понемногу остывая, несколько раз прошел взад-вперед перед воротами.

Выждав несколько минут, Виктор осторожно осведомился:

-- Прошу прощения, как там насчет доктора Голема?

-- Нет его, -- буркнул солдатик.

-- Какая жалость, -- сказал Виктор. -- Тогда я пойду, пожалуй... Он посмотрел в туман и дождь, где скрывались полицейские.

-- Как так -- пойдете? -- Встревоженно сказал солдатик.

-- А что, нельзя? -- Спросил Виктор встревоженно.

-- Почему нельзя, -- сказал солдатик. -- Я насчет грузовика. Вы уйдете -- а грузовик как же? Грузовик от ворот положенно уводить.

-- А я здесь причем? -- Спросил Виктор, тревожась еще больше.

-- Как так -- причем? Вы его привели, вы его... это. Всегда же так, а как же?

Черт, подумал Виктор. Куда я его дену?... С расстояния в сто метров доносился треск мотоциклетного мотора, работающего на холостых оборотах.

-- Вы его в самом деле угнали? -- Спросил солдатик с любопытством.

-- Ну да! Полиция задержала шофера, а я, дурак, решил помочь...

-- Да-а, -- сочувственно протянул солдатик. -- Прямо и не знаю, что Вам посоветовать.

-- А если я сейчас, скажем, пойду себе? -- Вкрадчиво спросил Виктор. -- Стрелять не будете?

-- Не знаю, -- честно признался солдатик. -- Вроде бы не положено. Спросить?

-- Спросите, -- сказал Виктор, соображая, успеет ли он удрать за пределы видимости или нет.

В эту минуту за воротами раздался гудок. Ворота распахнулись и из зоны медленно выкатился злосчастный автофургон. Он остановился рядом с Виктором. Дверца распахнулась, и Виктор увидел, что за рулем сидит уже не мальчик, как он ожидал, а лысый сутулый мокрец и смотрит на него. Виктор не двинулся с места, и тогда мокрец снял с руля руку в черной перчатке и приглашающе похлопал по сиденью рядом с собой. Соизволили снизойти, горько подумал Виктор. Солдатик радостно сказал:

-- Ну вот и хорошо, вот все и устроилось, поезжайте с богом.

У Виктора мелькнула мысль, что раз уж мокрец намерен сам доставить грузовик в город или куда там еще, словом, намерен сам иметь дело с полицией, то хорошо было бы тут же распрощаться и дунуть прямо через поле в санаторий, в обход засевшего в засаде "Харлея".

-- Там впереди полиция, -- сказал мокрецу Виктор.

-- Ничего, садитесь, -- сказал мокрец.

Сторінка 11

Назад Далі

1....9 10...12 13...21

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.