Бібліотека Страуса - Роджер Желязны - Владения Хаоса

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 18

- Это не имеет значения, если нас все равно не станет после того, как эта волна доберется до нас, - рассудил я. - А она доберется.

Я снова вернул свое внимание похоронному кортежу. За повозками появились новые всадники, за которыми последовали марширующие барабанщики.

Затем вымпелы и факелы и длинные шеренги солдат-пехотинцев. Пение все еще доносилось до нас, и далеко, далеко за бездной процессия, казалось, могла, наконец, добраться до той темной цитадели.

"Я так долго ненавидел тебя, в столь многом тебя винил. Теперь с этим покончено и ничего из этих чувств не осталось. Вместо этого ты даже хотел, чтобы я был королем, работа, для которой, как я теперь вижу, я не гожусь.

Я вижу, что я, в конце концов, что-то значил для тебя. Я никогда не скажу другим. Достаточно знать мне самому. Но я никогда не смогу думать о тебе в том же духе. Твой образ уже теряет четкость. Я вижу лицо Ганелона там, где должно быть твое. Он был моим товарищем, он рисковал ради меня своей головой. Он был тобой, но другим тобой - тобой, которого я не знал.

Сколько жен и врагов ты пережил? Много ли у тебя было друзей? Думаю, что нет. Но было с тобой столько того, о чем мы ничего не знали. Я никогда не думал, что увижу тебя, отошедшим в другой мир. Ганелон - отец - старый друг и враг, я прощаюсь с тобой. Ты присоединишься к Дейдре, которую я любил. Ты сохранил свою тайну. Покойся с миром, если такова твоя воля. Я даю тебе эту увядшую розу, пронесенную мной через ад, бросив ее в бездну.

Я оставляю тебя розам и вывернутым цветам в небе. Я буду скучать по тебе..."

Наконец, долгое шествие подошло к концу, последние марширующие появились из занавеса и двинулись прочь. Молнии все еще сверкали, дождь все еще лил и громыхал гром. Но ни один член процессии, насколько я мог вспомнить, не казался промокшим. Я стоял на краю бездны, наблюдая, как они проходят. На моем плече лежала рука. Сколь долго она была тАм - не могу сказать. Теперь, когда прохождение завершилось, я понял, что грозовой фронт снова наступает.

Вращение неба приносило, казалось, на нас больше темноты. Слева от меня раздались голоса. Они, кажется, говорили долгое время, но я не слышал их слов. Я понял, что весь дрожу, что у меня все болит, что я едва держусь на ногах.

- Пойди приляг, - предложила Фиона. - Семья и так достаточно сократилась для одного дня.

Я позволил ей увести меня от края, спросив:

- Это действительно составляет какую-то разницу? Сколько у нас, по-твоему, времени?

- Мы не обязаны оставаться здесь и дожидаться ее, - ответила она. Мы перейдем через темный мост в Двор. Мы уже сломали их оборону. Гроза может до туда не добраться. Она может остановиться здесь, у бездны. В любом случае нам следует увидеть отбытие отца.

Я кивнул.

- У нас, кажется, будет мало выбора, кроме как быть послушными до конца.

Я улегся и вздохнул. Если что-нибудь, так я чувствовал себя еще слабее.

- Твои сапоги... - сказала она.

- Да.

Она стянула их. Мои ступни побаливали.

- Спасибо.

- Я достану тебе немного еды.

Я закрыл глаза. И задремал. Слишком много образов играло у меня в голове, чтобы составить связный сон. Не знаю, сколько это продолжалось, но старый рефлекс привел меня в состояние бодрствование при звуке приближающегося коня. Затем над моими ликами прошла тень.

Я поднял взгляд и посмотрел на закутанного всадника, молчаливого, неподвижного. Меня разглядывали.

Я ответил таким же взглядом. Не было ни одного угрожающего жеста, но в этом взгляде было чувство антипатии.

- Вот лежит герой, - произнес мягкий голос.

Я ничего не сказал.

- Я сейчас могла бы легко убить тебя.

Тут я узнал голос, хотя понятия не имел о причине таких чувств.

- Я наткнулась на Бореля, прежде чем он умер, - сказала она. - Он сказал, как подло ты взял над ним верх.

Я ничего не смог с этим поделать, я не мог сдержать его. Сухой смешок поднялся в моем горле. Из всех глупых вещей нашла из-за чего расстраиваться. Я мог бы сказать ей, что Борель был намного лучше экипирован и намного свежей, чем я, и что он подскакал ко мне, ища драки.

Я мог бы сказать ей, что не признаю правил, когда на кону моя жизнь, или что не считаю войну игрой. Я мог бы сказать великое множество вещей, но если она не знала уже их, они не составят ни малейшей разницы. Кроме того, ее чувства были уже очевидными.

Так что я просто сказал одну из великих ритуальных истин:

- Во всякой истории есть больше, чем одна сторона.

- Я решила выбрать ту, которую имею, - сказала она мне.

Я подумал о пожатии плеч, но они у меня слишком болели.

- Ты стоил мне двух самых важных людей в моей жизни.

- О? Я огорчен за тебя, Дара.

- Ты - не то, во что меня заставили поверить, я видела в тебе истинно благородного человека - сильного, и все же понимающего и иногда немного.

Приверженного чести...

Гроза, теперь уже намного ближе, сверкнула у нее за спиной. Я подумал о чем-то пошлом и высказал это. Она пропустила это мимо ушей, словно и не слышала меня.

- Теперь я ухожу, - сказала она. - Обратно к своему собственному народу. Вы пока что одержали победу, но вот там, - она показала в сторону грозы, - находится Эмбер.

Я мог только смотреть, не сводя глаз. Не на бушующие стихии, на нее.

- Я сомневаюсь, чтобы там осталось что-то от моей верности стране, чтобы я могла отречься от нее, - продолжала она.

- А как насчет Бенедикта? - мягко спросил я.

- Не... - начала было она и отвернулась. И затем, после молчания:

- Я не верю, что мы когда-нибудь встретимся вновь, - бросила она и конь унес ее влево от меня, в направлении Черной Дороги.

Циник мог бы решить, что она просто выбрала свой жребий быть с тем, на что она теперь смотрела, как на победившую сторону, так как Двор Хаоса, вероятно, уцелеет. Я же просто не знал. Я мог думать только о том, что увидел под ее капюшоном. Это было не человеческое лицо.

Но я повернул голову и смотрел ей вслед, пока она не исчезла. С исчезновением Дейдры, Бранда и отца, а теперь и с расставанием с Дарой, в таких отношениях, мир стал куда более пустым, что бы там от него ни осталось.

Я снова лег и вздохнул. Почему бы просто не остаться здесь, когда отбыли другие, ждать, когда гроза окатит меня, и уснуть... и раствориться?

Я подумал о Хуги. Не переварил ли я его бегство от жизни так же, как и его мясо? Я так устал, что это казалось самым легким курсом...

- Вот, Корвин.

Я снова задремал, хотя только на минуту. Фиона опять стояла рядом со мной, вместе с пищей и флягой. С ней кто-то был.

- Я не желала перебивать вашу аудиенцию, так что я подождала.

- Ты слышала? - спросил я.

- Нет. Но могу догадаться, поскольку она ускакала. Вот.

Я проглотил немного вина, уделил свое внимание мясу, хлебу. Несмотря на мое душевное состояние, они показались мне очень вкусными..

- Мы скоро трогаемся, - сказала она, бросив взгляд на бушующий грозовой фронт. - Ты можешь держаться в седле?

- Думаю, что да, - сказал я.

Я глотнул еще немного вина.

- Но слишком много всего произошло, Фи, - сказал я ей. - Я эмоционально онемел. Я вырвался из сумасшедшего дома на Отражении. Я обманывал людей и убивал людей. Я отвоевывал свою память и пытался поправить свою жизнь. Я нашел свою семью и обнаружил, что люблю ее. Я примирился с отцом. Я сражался за корону. Я испробовал все, что знал, чтобы удержать мир от распада. Теперь похоже, что все это ни к чему не привело и у меня не осталось достаточно духу, чтобы скорбеть дальше. Я онемел. Прости меня.

Она поцеловал меня.

- Мы еще не разбиты, ты снова станешь собой, - сказала она.

Я покачал головой.

- Это вроде последней главы "Алисы", - сказал я. - Если я крикну: "Мы всего навсего ведь колода Карт!", то чувствую, что все мы подымаемся в воздух и полетим, набором разрисованных картинок. Я не еду с вами.

Оставьте меня здесь. В любом случае я всего лишь Джокер.

- Прямо сейчас я сильнее, чем ты, - заметила она. - Ты едешь.

- Это нечестно, - мягко заметил я в ответ.

- Приканчивай еду. Время еще есть.

Когда я это сделал, она продолжила:

- Твой сын, Мерлин, ждет встречи с тобой. Я хотела бы позвать его сейчас сюда.

- Пленник?

- Не совсем. Он не участвовал в битве. Он просто прибыл не так давно, прося встречи с тобой.

Я кивнул и она ушла. Я забросил еду и сделал еще один большой глоток вина. Я попросту стал нервничать. Что бы вы сказали взрослому сыну, о существовании которого лишь недавно узнали? Я терялся в догадках, насчет его чувств ко мне. Я гадал, знал ли он о решении Дары? Как мне следует вести себя с ним?

Я следил, как он приближается ко мне от места, где скопились мои родственники, дальше влево от меня. Я гадал, почему они так вот предоставили меня самому себе. Чем больше визитеров я принимал, тем очевиднее это становилось. Я гадал, не задерживаются ли они с отправлением из-за меня. Влажные ветры грозы становились все сильней. Он глядел на меня во все глаза, когда подходил, без всякого особого выражения на этом лице, так сильно похожим на мое собственное. Я гадал, как теперь чувствует себя Дара, когда ее пророчество о разрушении, кажется, исполнилось. Я хотел бы знать, как сложились ее отношения с этим парнем. Я хотел бы знать... много чего.

Он нагнулся вперед и сжал мне руку.

- Отец... - произнес он.

- Мерлин... - я посмотрел ему в глаза. Я поднялся на ноги, все еще держа его руку.

- Не вставай.

- Да. Ладно, - я прижал его к себе, а затем отпустил. - Я рад. Выпей со мной, - я предложил ему вина, частично чтоб прикрыть свое отсутствие слов.

- Спасибо.

Он взял флягу, отпил немного, и отдал обратно.

- Твое здоровье, - сказал я и пригубил сам. - Сожалею, что не могу предложить тебе кресло.

Я опустился на землю, он сделал то же самое.

- Никто из других, кажется, не знает, что именно ты сделал, - сказал он. - Кроме Фионы, которая сказала только, что дело это было очень трудное.

- Не имеет значения, - отмахнулся я. - Я рад, что сумел добраться сюда, если и не по какой иной причине, чем эта. Расскажи мне о себе, сынок. Каков ты? Как обошлась с тобой жизнь?

Он отвел взгляд.

- Я прожил недостаточно долго, чтоб сделать слишком много.

Мне было любопытно, обладал ли он способностью менять облик, но я воздержался от вопросов на эту тему. Нет смысла искать наши различия, когда я только встретился с ним. Я сказал:

- Я понятия не имею, на что это похоже. Вырасти при Дворе.

Он в первый раз улыбнулся.

- А я понятия не имею, на что это было бы похоже в любом другом месте. Я был достаточно отличным от других, чтобы быть предоставленным самому себе. Меня обучали обычным вещам, каким положено знать дворянину магии, оружию, ядам, верховой езде, танцам. Мне говорили, что в один прекрасный день я буду править в Эмбере. Это больше не истинно, не так ли?

- В предвиденном будущем это кажется не слишком вероятным, подтвердил я.

- Хорошо, - ответил он. - Это - единственное, чего я не хочу делать.

- А что ты хочешь делать?

- Я хочу пройти Лабиринт в Эмбере и приобрести власть над Отражениями, как мать, так, чтобы я мог погулять там, посмотреть незнакомые достопримечательности и делать разные вещи. Ты думаешь, смогу?

Я пригубил еще вина и передал флягу ему.

- Вполне возможно, что Эмбер больше не существует. Все зависит от того, преуспел ли твой дед кое в чем, что он попытался сделать - а его больше нет, чтобы рассказать нам, что случилось. Но так или иначе, Лабиринт есть. Если мы переживем эту грозу, я обещаю тебе, что найду тебе новый Лабиринт, дам тебе наставления и прослежу, как ты пройдешь его.

- Спасибо, - поблагодарил он. - А теперь ты не расскажешь мне о своем путешествии сюда?

- Позже, - пообещал я ему. - Что тебе рассказывали обо мне?

Он отвел взгляд.

Сторінка 18

Назад Далі

1 2 3...17 18 19 20

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.