Бібліотека Страуса - Роджер Желязны - Владения Хаоса

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 17

***

Когда я пришел в себя, я лежал на каменистой земле, подальше от края того места, где я упал. Кто-то подложил мне под голову плащ вместо подушки. Первое, что я увидел, это поворачивающееся небо, напомнившее мне почему-то мой сон о колесе, в тот день, когда я встретил Дару. Я мог чувствовать других вокруг меня, слышать их голоса, но сперва не поворачивал головы. Я просто лежал там и смотрел на Мандалу в небесах и думал о своей потере. Дейдра... Она значила для меня больше, чем вся семья вместе взятая. Я ничего не мог с этим поделать. Так уж оно было. Сколько раз я желал, чтобы она не приходилась мне сестрой. И все же я примирился с реальностью нашей ситуации. Чувства мои никогда не изменятся, но... теперь она исчезла, и эта мысль значила для меня больше, чем грозящее уничтожение мира.

И все же я должен был сейчас увидеть, что происходило. С исчезновением Камня все было кончено. И все же... Я потянулся, пытаясь ощутить его присутствие, где бы он ни был, но ничего не было. Тогда я начал подыматься, чтоб посмотреть, насколько далеко продвинулась волна, но чья-то рука толкнула меня обратно.

- Отдыхай, Корвин, - это был голос Рэндома. - Ты раздавлен. У тебя такой вид, словно ты прошел через ад. Ты теперь ничего не можешь сделать.

Не волнуйся.

- Какая разница от состояния моего здоровья, - огрызнулся я. - В скором времени это не будет иметь значения.

Я снова стал подыматься и на этот раз рука двинулась поддержать меня.

- Ладно, тогда, - согласился он. - Не то чтобы на многое стоило смотреть.

Я полагаю, он был прав. Бой, похоже, кончился, за исключением немногих изолированных очагов сопротивления врага, а их быстро окружали, их защитников быстро убивали или брали в плен, все двигались в этом направлении, отходя перед наступающей волной, достигшей противоположного конца поля. Вскоре на нашей высоте будут появляться все уцелевшие с обоих сторон. Я посмотрел, что творилось позади нас. Никаких новых сил не приближалось со стороны Цитадели. Не могли бы мы отступить в то место, когда волна доберется, наконец, сюда, к нам? И что тогда? Бездна казалась конечным ответом. "Скоро, - прошептал я, думая о Дейдре. - Скоро". Почему бы и нет?

Я следил за грозовым фронтом: сверкающим, трансформирующимся. Да, скоро. С Камнем, пропавшим вместе с Брандом. Я произнес:

- Бранд. Кто, в конце концов, достал его?

- На это отличие претендую я, - проговорил знакомый голос, который я не мог отождествить.

Я повернул голову и уставился на него. Человек в зеленом сидел на коне. Его лук и колчан лежали рядом с ним на земле. Он блеснул в мою сторону злой улыбкой. Это был Каин.

- Провалиться мне на этом месте, - сказал я, потирая челюсть. Забавный случай произошел со мной в пути на твои похороны.

- Да, я слышал об этом, - он рассмеялся. - Ты когда-нибудь убивал сам себя, Корвин?

- В недавнее время не доводилось. Как ты сумел это сделать?

- Прогулялся в нужное Отражение, подстерег там Отражение самого себя, - объяснил он. - Он обеспечил труп, - он содрогнулся. - Жуткое это ощущение, не из тех, которые я хотел бы повторить.

- Но зачем? - недоумевал я. - Зачем подделывать свою смерть и пытаться обвинить в ней меня?

- Я хотел добраться до корня всех бед Эмбера. И уничтожить его. И подумал, что для этого лучше всего уйти в подполье. Какой же лучший способ, чем убедить всех, что я мертв? И, в конце концов, я преуспел, как видишь, - он смолк. - Хотя я сожалею насчет Дейдры. Но у меня не было выбора. Это был наш последний шанс. Я действительно не думал, что он захватит ее с собой.

Я отвел взгляд.

- У меня не было выбора, - повторил он. - Я надеюсь, ты можешь это видеть.

Я кивнул.

- Но почему ты пытался придать этому такой вид, словно тебя убил я?

Тут подошли Фиона с Блейзом. Я приветствовал их обоих и повернулся к Каину за ответом. Блейза я тоже хотел кое о чем спросить, но это могло и подождать.

- Ну? - сказал я.

- Я хотел убрать тебя с дороги, - сказал он. - Я все еще думал, что за всем этим стоишь ты. Ты или Бранд. До такой степени я сузил список. Я думал даже, что может быть так, что вы оба я этом вместе - особенно, раз он старался привезти тебя обратно.

- Ты не правильно это понял, - вступил в разговор Блейз. - Бранд пытался удержать его подольше, он знал, что к нему вернулась память, и...

- Я понял, - ответил Каин. - Но в то время это выглядело так. Поэтому я хотел вернуть Корвина в темницу, пока я ищу Бранда. Я тогда лежал тихо и слушал по Картам, что говорил каждый, надеясь найти ключ к местонахождению Бранда.

- Вот об этом-то и говорил отец, - проговорил я.

- Отец? - спросил Каин.

- Он предполагал, что Карты подслушивают.

- Не понимаю, как он мог узнать. Я научился быть в этом совершенно пассивным. Я приучил себя сдавать их всех и касаться их всех слегка, одновременно, ожидая появления. Когда оно возникало, я перемещал свою внимательность на говоривших. Беря вас по одному, я обнаружил, что иногда могу проникать в ваши мысли, когда вы сами не пользовались Картами - если вы были достаточно отвлечены, а я не позволял себе никакой реакции.

- И все же он узнал, - повторил я.

- Это вполне возможно, - сказала Фиона, а Блейз кивнул. Рэндом подошел поближе.

- Что ты имел в виду, когда спросил про бок Корвина? поинтересовался он. - Как ты мог даже знать об этом, если ты...

Каин кивнул. Я увидел Бенедикта и Джулиана в отдалении обращавшихся к своим войскам.

При молчаливом движении Каина, я забыл о них.

- Ты? - прохрипел я. - Меня пырнул ты?

- Выпей, Корвин, - Рэндом передал мне флягу. Там было разбавленное вино. Я глотнул его. Жажда моя была огромна, но я остановился после нескольких глотков, и попросил:

- Расскажи мне об этом.

- Ладно. Я обязан это сделать для тебя. Когда я узнал из мыслей Джулиана, что ты вернул Бранда в Эмбер, то решил, что прежняя догадка была правильной: вы оба с Брандом участвовали в этом. Это значило, что вас надо уничтожить. Ночью я воспользовался Лабиринтом, чтобы проникнуть в твои покои. Там я пытался убить тебя, но ты двигался слишком быстро и каким-то образом сумел уйти по Карте.

- Черт бы побрал твои глаза! - выругался я. - Если ты мог прикоснуться к нашим мыслям, неужели ты не мог увидеть, что я не тот человек, которого ты искал?

- Я мог уловить только непосредственные мысли и реакции на ваше окружение. И я слышал твое проклятие, Корвин, и оно сбылось. Я решил убрать с дороги тебя и Бранда. Я знал, что он мог натворить, по его действиям еще до твоего возвращения. Но в то время я не мог добраться до него, из-за Жерара. Потом он начал становиться сильнее. Я сделал позже одну попытку, но она не удалась.

- Когда это было? - спросил Рэндом.

- Это была та, в которой обвинили Корвина. Я замаскировался. На случай, если он сумеет отделаться легким ранением, как Корвин. Я не хотел, чтобы он знал, что я все еще действую. я воспользовался Лабиринтом, чтобы спроецировать себя в его покои, я пытался прикончить его. Мы оба были ранены - пролилось много крови - но он тоже сумел убраться по Карте. Потом я, не так давно, вступил в контакт с Джулианом и присоединился к нему в этой битве, потому что Бранд был просто обязан появиться здесь. Я сделал несколько стрел с серебряными наконечниками, потому что более чем наполовину был убежден, что он не был больше похож на остальных из нас. Я хотел убить его быстро и сделать это издали. Я напрактиковался в стрельбе и отправился искать его. И, наконец, нашел. Теперь все говорят, что я был не прав насчет тебя, так что твоя стрела останется неиспользованной.

- Премного благодарен.

- Я, может быть, даже обязан извиниться перед тобой.

- Это было бы мило.

- С другой стороны, я думаю, что был прав. Я делал это, чтобы спасти остальных.

Я так и не получил извинений Каина, потому что тогда пение трубы, казалось, заставило вздрогнуть весь мир - неведомо с какого направления, громкое, продолжительное. Мы заметались кругом, ища источник.

Каин встал и указал:

- Вот!

Мои глаза последовали за его жестом. Занавес грозового фронта был прерван на северо-западе, в точке, где из него появилась Черная Дорога.

Там появился призрачный всадник на черном коне и затрубил в свой рог.

Прошло некоторое время, прежде чем до нас донеслись новые ноты. Спустя несколько мгновений еще два трубача - тоже бледные и верхом на черных жеребцах - присоединились к нему. Они подняли свои рога и добавили звучности.

- Что это может быть? - спросил Рэндом.

- По-моему, я знаю, - сказал Блейз, а Фиона кивнула.

- Что же тогда? - спросил я.

Но они мне не ответили. Всадники снова начали двигаться, проезжая по Черной дороге, а за ними появились новые.

Глава 12

Я следил. На высотах вокруг меня царило великое безмолвие. Все войска остановились и смотрели на процессию. Даже пленники с Двора, окруженные сталью, обратили свое внимание в эту сторону.

Возглавляемая бледными трубачами, выехала масса всадников, верхом на белых жеребцах, неся знамена, некоторые из которых я не узнал, позади человека-существа, несшего эмберский штандарт с Единорогом. За ними последовали новые музыканты, некоторые играли на таких инструментах, каких я никогда прежде не видывал.

За музыкантами маршировали рогатые, человекообразные существа в светлых доспехах, длинные колонны их, и примерно каждый двадцатый нес перед собой огромный факел. держа его высоко над землей.

Тут до нас докатился глухой шум, медленный, ритмичный, возвеличенный катящийся под нотами труб и звуками музыкантов, и я понял, что солдаты-пехотинцы пели.

Много времени, казалось, прошло, когда эта масса прошествовала по тому черному пути через отдаленную дорогу ниже нас, и все же ни один из нас не шелохнулся и ни один из нас не заговорил. Они прошли с факелами, знаменами, музыкой и пением, и, наконец, они подошли к краю бездны и продолжали идти по почти невидимому продолжению того темного большака, с факелами, горящими теперь на фоне черноты, освещая им дорогу. Музыка стала сильнее, несмотря на расстояние, со все новыми и новыми голосами, добавлявшимися к тому хору, покуда авангард продолжал выступать из этого сверкающего молниями грозового занавеса. Проходил случайный раскат грома, но он не мог заглушить этого; ни напавшие ветры загасить хоть один факел, насколько я мог видеть. Движение обладало гипнотическим воздействием.

Казалось, что я следил за процессией бессчетные дни, наверное, годы, слушая мотив, который я теперь узнал.

Вдруг через грозовой фронт пролетел дракон, и еще один, и еще.

Зелено-золотисто-черные, как старое железо, я наблюдал, как они парят на ветрах, поворачивая головы, чтобы выпустить огненные вымпелы. Позади них сверкали молнии и они были ужасающими и великолепными, и неисчислимого размера. Под ними шло небольшое стадо белого рогатого скота, ревя и выбивая дробь своими копытами. Среди них были всадники, щелкавшие длинными черными бичами.

Затем пошла процессия истинно звериных войск из Отражений, с которыми Эмбер иногда торговал - тяжелых, чешуйчатых и когтистых - играя на инструментах вроде волынок, чьи завывающие свисты доносились до нас с трепетом и пафосом.

Они промаршировали дальше и появились новые факельщики и новые войска со своими цветами. Мы следили, как они проходят и улетают своей дорогой в далекое небо, сияющая миграция светлячков, и их конечная Цитадель - та черная, называемая Двором Хаоса.

Шествию, казалось, нет конца, я потерял всякий счет времени, но грозовой фронт, странное дело, не наступал, когда продолжалось все это. Я даже несколько потерял свое чувство личности, настолько я был захвачен процессией, проходящей мимо нас. Это, знал я, было событием, которое не могло повториться никогда.

Светлые летающие существа проносились над нами, а темные проплывали повыше.

Там были призрачные барабанщики, существа из прозрачного света и стая летающих машин, я увидел всадников, облаченных во все черное, верхом на самых разных зверях, крылатые драконы зависли в небе. И звуки - топот копыт и ног, пение и завывание, барабаны и трубы - выросли в могучую волну, омывавшую нас.

Затем, когда мои глаза прошли вдоль этих шеренг, из сверкающего занавеса появилась новая фигура. Это была повозка, вся задрапированная черным, влекомая парой черных коней. В каждом углу появлялся посох, пылавший голубым огнем, и на ней покоилось то, что могло быть только гробом, завернутым в наш флаг с Единорогом. Возницей был горбун, облаченный в пурпурно-оранжевые одежды, и даже на этом расстоянии я знал, что это был Дворкин.

"Значит, таким вот образом, - подумал я. - Не знаю почему, но это как-то укладывается, укладывается, что ты теперь путешествуешь на прежнюю Родину. Было многое, что я мог сказать тебе, пока ты жил, но мало было когда-нибудь сказано правильных слов. Теперь все кончено, потому что ты мертв. Так же мертв, как все те, кто ушел в это место до тебя, куда скоро могут последовать остальные из нас. Я сожалею. Лишь после всех этих долгих лет, когда ты принял другое лицо и облик, я, наконец, узнал тебя, стал уважать, и даже стал относиться к тебе с симпатией - хотя и в этом образе ты был хитрым старым ублюдком. Было ли ганелоновское "Я" все время настоящим тобой или оно было еще одной формой, принятой ради удобства, старый изменитель Облика? Я никогда не узнаю, но я хотел бы узнать, что увидел тебя, наконец, таким, каким ты был, что я встретил того, к кому относился с симпатией, кому мог доверять, и что это был ты. Я желал бы, чтобы я смог узнать тебя лучше, но и на том спасибо..."

- ...отец? - тихо произнес Джулиан.

- Он хотел, чтобы его отвезли за Двор Хаоса в окончательную тьму, когда, наконец, придет его время, - сказал Блейз. - Так мне однажды рассказал Дворкин. За пределы Хаоса и Эмбера, в место, где никто не царит.

- И так оно и есть, - сказала Фиона. - Но есть ли где-то порядок за стеной, через которую они прошли? Или гроза будет продолжаться вечно? Если он преуспел, она лишь приходящее явление и мы в безопасности. Но если нет...

- Это не имеет значения, - вмешался я, - преуспел он или нет, потому что я преуспел.

- Что ты имеешь в виду? - спросила она.

- Я считаю, что он потерпел неудачу, - объяснил я. - Что он был уничтожен прежде, чем сумел отремонтировать старый Лабиринт. Когда я увидел приближение этой грозы, на самом деле я испытал часть ее, я сообразил, что никак не смогу вовремя поспеть сюда с Камнем, который он отправил мне после своих усилий. Бранд всю дорогу пытался отнять его.

Может это подало мне мысль. Это было самое трудное, что я когда-либо делал, но я преуспел. Мир должен удержаться от распада, выживем ли мы или нет. Бранд отнял у меня Камень как раз тогда, когда я завершил его. Но я оправился от его нападения и сумел воспользоваться Лабиринтом, чтобы спроецировать себя сюда. Так что Лабиринт по-прежнему существует, что бы там еще ни произошло.

- Но, Корвин, - спросила Фиона, - что если отец преуспел?

- Я не знаю.

- Я так понимаю, - сказал Блейз, - из того, что рассказал мне Дворкин, что два различных Лабиринта не могут существовать в одной и той же вселенной. Те, что в Рембе и на Тир-на Ног-те не в счет, будучи только отражениями нашего...

- Что же случиться? - спросил я.

- Я думаю, что произойдет откол, основание нового существования где-то.

- Каким же будет его воздействие на наш собственный?

- Либо всеобщая катастрофа, либо вообще никакого воздействия, высказала свое мнение Фиона. - Я могу доказать любой вариант.

- Тогда мы вернулись прямо туда, откуда начали, - сказал я. - Либо все должно вскоре развалиться, либо все должно устоять.

- Кажется так, - согласился Блейз.

Сторінка 17

Назад Далі

1....15 16...18 19...20

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.