Бібліотека Страуса - Роджер Желязны - Знак единорога

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 5

Несколько секунд я разглядывал Лабиринт, сияющую массу кривых линий, проследить за которыми было невозможно. Вот он, огромный, замурованный в блестящий, черный пол. Он дал мне власть над Тенью, он почти полностью восстановил мою память. Он же в один миг уничтожит меня, если я попробую пройти его не так, как надо. Поэтому я испытывал к Лабиринту благодарность с изрядной толикой страха. Это была старая таинственная фамильная реликвия, которая хранилась там, где ей и следовало быть. В подземелье.

Я подошел к углу, где начинался узор, собрал в комок волю, расслабился и ступил левой ногой в Лабиринт. Не останавливаясь, я шагнул вперед и почувствовал, как пошел ток, голубые искры очертили мои сапоги.

Еще шаг. Теперь я услышал явственное потрескивание и почувствовал сопротивление, пока еще легкое. Я быстро прошел первый вираж, стараясь как можно быстрее дойти до Первой Вуали. Когда я добрался до нее, мои волосы шевелились, а искры становились все длинней и ярче.

Сопротивление усилилось. Каждый шаг давался трудней, чем предыдущий.

Треск становился громче, ток сильнее. Мои волосы стали дыбом, искры так и летели с меня. Не отрываясь, я смотрел на огненную линию и пробивался дальше.

Внезапно давление исчезло. Я пошатнулся, но продолжал путь. Первая Вуаль осталась позади и меня охватило чувство облегчения. Я вспомнил, как в последний раз проходил Лабиринт в подземном городе Ремба. После этого ко мне стала возвращаться память. Да. Я шел дальше, искры снова стали больше, токи возросли, все тело стало пощипывать.

Вторая Вуаль... Углы... здесь требовалось максимальное напряжение сил. Казалось, все твое существо переходило в чистую энергию. Это было неистовое, беспомощное ощущение. В этот момент для меня не существовало ничего, кроме необходимости пройти Лабиринт. Я всегда был здесь, пробиваясь вперед, никогда не покидал его, всегда буду в нем, вечная борьба моей воли против сил Лабиринта. Время исчезло. Осталось лишь напряжение.

Искры дошли мне до пояса. Я вошел в Большой Вираж и с трудом прошел его. На каждом шагу я умирал и вновь возрождался, сгорая в пламени творения, замерзая в холоде конца энтропии.

Вираж кончился. Дальше, дальше. Поворот. Еще три виража, прямая, несколько дуг. Головокружение. Ощущения будто я исчезаю и снова возникаю, вибрируя между небытием и существованием. Поворот... поворот, поворот, еще поворот... короткая, крутая дуга... прямая, ведущая к последней Вуали. К этому времени я должно быть задыхался, с меня лил пот, но потом я ничего не помнил. Я едва передвигал ноги, искры были уже по плечи. Они ослепили меня, и я больше не видел Лабиринта, Шаг, еще шаг... вот она. Я протащил правую ногу вперед. Вот как чувствовал себя Бенедикт, когда черная трава опутала ему ноги! Перед тем, как я трахнул его по затылку. Я чувствовал себя так, будто меня с ног до головы обработали дубинкой. Левая нога, вперед... так медленно, что трудно было понять, движется ли она на самом деле. Мои руки - голубые вспышки, ноги - огненные столбы. Еще шаг, еще, еще.

Я чувствовал себя медленно оживающей статуей, тающим снеговиком, прогибающейся балкой... еще два шага... три... я двигался как обледенелый, но управлял своими движениями. Времени у меня была целая вечность, воля моя была несгибаемой. Она поможет... если что.

Вуаль осталась позади. За ней была короткая дуга. Три шага во тьму и спокойствие. Эти шаги оказались самыми трудными.

Когда я вышел из Лабиринта, первая мысль была: обеденный перерыв у Иосифа! Вторая: опять прошел! И третья: все, это в последний раз!

Я позволил себе несколько раз глубоко вздохнуть и немного встряхнуться. Затем я вытащил из кармана Самоцвет, поднял его за цепочку и поднес к глазам.

Конечно, внутри он красный с дымчатым отливом, сияющий. Казалось, что пока я находился в Лабиринте, Камень впитывал в себя свет и блеск. Я все еще смотрел на него, повторяя про себя команды, сравнивая их с теми, что я уже знал.

Человек, который прошел Лабиринт и добрался до этого места, может перенестись куда угодно. Нужно лишь мысленно представить себе это место. И еще нужно очень хорошо хотеть этого и иметь волю. Если все пройдет нормально... то я все же могу угодить в коварный капкан. На какой-то момент мне стало страшно. Но Эрику это удалось. Не оказался же он в середине Самоцвета где-то в тени. Дворкин, написавший эти заметки, был великим человеком, и я верил ему.

Собравшись с мыслями, я еще внимательнее всмотрелся вглубь Камня.

Внутри него было искривленное отражение Лабиринта, окруженное огоньками мигающими, крохотными язычками пламени, другими виражами и тропинками. Я решился и сосредоточил волю.

Краснота и замедленное движение. Словно я погружался в вязкий океан.

Сначала очень медленно. Дрейф... во тьме, все красные огоньки так далеко впереди... скорость медленно нарастала. Далекие, прерывистые вспышки.

Кажется, еще быстрее. Ориентироваться не по чему. Я был точкой сознания неизвестных размеров. Я чувствовал движение, видел фигуру, в которой двигался, теперь уже быстрее. Краснота почти исчезла, казалось, меня ничто не окружало. Сопротивление исчезло, я несся все быстрее и быстрее. Все это произошло в одно мгновение, и еще происходило в то же самое мгновение. Я несся к цели с огромной скоростью. Маленький, кривой Лабиринт рос, становился трехмерным отражением нашего Лабиринта. Он увеличивался у меня на глазах, освещенный языками разноцветного пламени, подобно странной галактике буйствующей в вечной ночи и в ореоле сияющей бледным огнем пыли, с протуберанцами из бесчисленных точек. Лабиринт рос или я уменьшался, он приближался ко мне или я к нему, мы были близко, совсем рядом, он заполнил собой все, сверху донизу, справа налево, и моя скорость все возрастала.

Сияние захватило, ошеломило меня. Я увидел протуберанец и понял, что это вход. Я был слишком близко к Лабиринту, фактически заблудился в нем и уже не мог различить его общую форму. Но то, что я видел - изгибы, мерцания, переплетения - окружало меня со всех сторон. Мне показалось, что трех измерений не хватит, чтобы объяснить невероятную сложность простирающегося Лабиринта. Я отбросил сравнение с галактикой, мой мозг кинулся в другую крайность. Я думал об субатомном гильбертовском пространстве с бесконечным числом измерений. Но это была метафора, вызванная отчаянием. По правде говоря, я просто ничего не понимал. А кто мог понять? Во мне росло чувство, то ли инстинктивное, то ли возникшее под влиянием нашего Лабиринта, что я должен пройти и через это переплетение, и овладеть той новой властью, которую искал.

Я не ошибся. На той же огромной скорости я влетел в Лабиринт - меня вертело, несло по горящим проходам, я пролетел по нематериальным облакам блеска и света. Я не ощущал сопротивления, как в нашем Лабиринте.

Казалось, что первоначального импульса хватит, чтобы пролететь насквозь.

Вихревая прогулка по Млечному пути? Утопленник, которого несет по коралловым каньонам? Воробей, страдающий бессонницей, который вечером 4 июля пролетает над парком? Такие смутные мысли пролетают у меня в голове, когда я вспоминаю об этом.

Я влетаю, все, конец, вспышка ярко-красного цвета, и я смотрю на самого себя, стоящего у Лабиринта и держащего в руке кулон с Камнем. Я смотрю на подвеску, Лабиринт внутри нее, внутри меня, я внутри него, краснота отступает, гаснет, исчезает. Потом - только я, подвеска и Лабиринт - и больше ничего. Связи между объективным и субъективным восстановлены, только все на октаву выше, иначе я никак не могу это выразить. Потому что теперь я обладаю какой-то эмпатией! Я словно приобрел еще одно чувство, еще один способ выражения. Странное и приятное ощущение.

Горя желанием проверить себя, я снова собрался и приказал Лабиринту перенести меня в другое место.

Я стоял в круглой комнате на вершине самой высокой башни в Эмбере. Я пересек ее и вышел на крохотный балкончик. Контраст с только что закончившимся путешествием был разителен. Несколько долгих мгновений я стоял, не шевелясь, и смотрел.

Море переливалось разными оттенками, часть неба была затянута тучами.

Приближался вечер. В тучах мягкие, яркие тона чередовались с резкими тенями. Ветер дул с берега в море, и я не чувствовал запаха соли. Высоко над водой черными точками парили птицы. Подо мной расстилались дворцовые постройки и террасы города, простирающиеся во всем своем вечном изяществе до подножия Колвира. Крошечные люди толпились на улицах. Их движения были неразличимы. Я почувствовал себя очень одиноким.

Я прикоснулся к Камню и приказал разразиться грозе.

Глава 3

Когда я вернулся к себе, Рэндом и Флора уже поджидали меня. Рэндом взглянул на камень, а потом на меня. Я кивнул.

Повернувшись к Флоре, я слегка поклонился:

- Сестренка, сколько лет, сколько зим!

Было похоже, что Флора слегка напугана. Неплохо, неплохо... Но она улыбнулась и взялась за мою руку.

- Братец, - промолвила она, - я вижу, ты сдержал свое слово.

Волосы ее были бледно-золотыми. Флора подрезала их, но оставила челку. Я никак не мог понять, нравится ли мне ее прическа или нет. Волосы у Флоры были просто чудесными. Голубые глаза и тонны тщеславия, благодаря чему она все видела так, как ей хотелось. Иногда казалось, что она непроходимо глупа, но иногда я не знал, что и думать.

- Извини, что я пялю на тебя глаза, но при наше последней встрече я не успел толком тебя рассмотреть.

- Я очень рада, что все уладилось. Все это было так... знаешь, я ничего не могла сделать.

- Знаю, - проронил я, вспоминая ее мелодичный смех, который раздавался из темноты в одну из годовщин события. - Знаю.

Я подошел к окну и распахнул его, понимая, что дождь в комнату не попадет. Обожаю запах грозы.

- Рэндом, ты ничего не узнал насчет почтальона? - спросил я.

- Ничего особенного, но порасспросил кое-кого. В нужное время в нужном месте никого не замечали.

- Ясно. Спасибо. Увидимся попозже.

- Ладно. Я весь вечер буду дома.

Я кивнул, повернулся спиной к окну и перся на подоконник, наблюдая за Флорой. Рэндом тихо притворил за собой дверь. С полминуты я слушал дождь.

- Что ты собираешься делать? - наконец, спросила она.

- С тобой? Делать?

- Теперь ты в состоянии расплатиться со старыми долгами. Видимо начнешь с меня?

- Возможно. Но тут все взаимосвязано. И твой должок тоже.

- Ты о чем?

- Расскажи мне то, что мне необходимо знать, а там посмотрим. Меня называли прекрасным человеком.

- Что же тебе надо?

- Все, Флора. Начиная с того, каким образом ты оказалась пастушкой в этой Тени, Земле. Все, что относится к делу. Что было оговорено, что подразумевалось. Все, без утайки.

Она вздохнула.

- С чего же начать... да... Дело было в Париже на празднике у некоего мсье Фуке, года за три до начала якобинского террора...

- Стоп! - прервал я. - Что ты там делала?

- Я прожила в этой зоне Тени примерно пять земных лет. Я странствовала в поисках чего-нибудь новенького по своему вкусу. В этом месте и в этом времени я оказалась также, как и любой из нас. Я делала, что хотела, по интуиции.

- Странное совпадение.

- Не особенно, если вспомнить, какое было время и как много мы путешествуем. Если хочешь, это был мой АвалоН, моя замена Эмберу, мой дом вдали от дома. Называй, как хочешь. И вот, в этот октябрьский вечер я оказалась на празднике. И вдруг появляешься ты с маленькой рыжеволосой девушкой. Кажется, ее звали Жаклин.

Эти слова вызвали из глубины моей памяти воспоминания, давным-давно угасшие. Жаклин я помнил намного лучше, чем вечеринку у Фоко, но смутно вспоминал и праздник.

- Продолжай.

- Я уже сказала, что была на вечеринке. Ты прибыл позже. Конечно, я сразу обратила внимание на тебя. Но если прожить достаточно долго и много путешествовать, время от времени встречаешь людей, как две капли воды похожих на старых знакомых. Именно об этом я и подумала, как только улеглось мое первое волнение. Наверняка, двойник. Прошло столько времени и никто даже не слышал о тебе. И все же у каждого из нас есть свои тайны и все основания хранить их. Поэтому я устроила так, чтобы нас представили, а затем убила чертову уйму времени, чтобы оттащить тебя на достаточное время от этой рыжеволосой девчонки. Ты утверждал, что тебя зовут Фенневаль, Кордел Фенневаль. Я засомневалась. Никак не могла понять, то ли это в самом деле двойник, то ли это твои штучки. Правда, была и третья возможность. Ты мог так долго прожить в какой-нибудь соседней Тени, что сам стал отбрасывать тень. Я бы так и ушла в недоумении, не похвались мне Жаклин твоей силой. Женщины обычно об этом не говорят, но по выражению ее лица я поняла, что твои подвиги поразили ее до глубины души. Я вызвала ее на откровенность и мне стало ясно, что на такое способен только ты.

Двойник отпадал: либо это был ты сам, либо твоя тень. А это означало, что если даже Кордел и не сам Корвин, то он доказательство того, что ты сейчас находишься в этом районе Тени или не так давно побывал здесь. Первая за долгие годы ниточка к тебе. Я не могла упустить ее, я устроила за тобой слежку, навела справки о твоем прошлом. Чем больше людей я расспрашивала, тем загадочнее становилось дело. Во всем этом было столько неясного, что несколько месяцев я ни на что не могла решиться. Все прояснилось следующим летом, когда я снова побывала в Эмбере. Я упомянула про этот странный факт в разговоре с Эриком и...

- Ну и что?

- Как тебе сказать... он был осведомлен... о том, что это возможно.

Флора замолчала и начала перекладывать с места на место свои перчатки, лежащие на стуле рядом с ней.

- Ах, так! - воскликнул я. - Ну и что же он сообщил тебе?

- Что это, вероятно, ты сам. Эрик сказал, что с тобой произошел... несчастный случай.

- Да ну?!

- Не совсем так, - призналась она. - Не несчастный случай. Он сообщил, что ранил тебя на дуэли. Эрик был уверен, что ты умираешь, и не хотел, чтобы его обвинили в убийстве. Он отнес тебя в Тень и оставил в этом месте. Прошло уже много лет. Он считал, что ты мертв и что соперничество между вами, наконец, закончилось. Естественно, мои новости обеспокоили его. Он заставил меня поклясться, что я сохраню все в тайне, и отослал меня обратно, чтобы я держала тебя под наблюдением. Мое возвращение никому не показалось подозрительным, потому что я все уши прожужжала о том, как мне там нравится.

- Флора, просто так ты бы не поклялась молчать. Что он тебе обещал?

- Эрик обещал, что не забудет меня, если когда-нибудь станет королем Эмбера.

- Однако, ты рисковала. Ты слишком много знала о нем: и где находится его соперник, и что он попал туда не без помощи Эрика.

- Ты прав. Но все уравновешивалось: начни я болтать об этом, пришлось бы признать себя сообщницей.

Я кивнул, соглашаясь.

- Возможно, хоть и рискованно. Ты считала, что если у него появятся шансы на трон, он оставит меня в живых?

- Мы никогда не говорили об этом. Никогда.

- И ты никогда об этом не задумывалась?

- Потом задумывалась и решила, что он скорее всего ничего не предпримет. В конце концов, становилось все яснее, что ты потерял память.

Зачем тебя убивать, если ты и так не опасен?

- Вот ты и следила за тем, чтобы я продолжал оставаться таким же безопасным?

- Да.

- И что бы сделала, если бы ко мне вернулась память?

Флора взглянула на меня и потупила глаза:

- Сообщила бы Эрику.

- А он бы что сделал?

- Не знаю.

Я рассмеялся, и она залилась краской. Я уже и не помнил, когда Флора в последний раз краснела.

- Не будем застревать на очевидном, - продолжил я. - Выходит, ты оставалась на Земле и следила за мной. Что произошло потом?

- Ничего особенного. ты жил, а я не теряла тебя из вида.

- Все остальные знали, где ты?

- Да. Я не скрывала, что живу там. Все они иногда даже навещали меня.

- Включая и Рэндома?

Сторінка 5

Назад Далі

1....3 4...6 7...21

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.