Бібліотека Страуса - Уолтер Айзексон - Стив Джобс

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 48

Джобс был особенно заинтересован в соглашении с The New York Times — великолепной, на его взгляд, газетой, которой, как он считал, грозила опасность деградации из-за того, что она так и не разобралась, как брать деньги за цифровой контент. «Я решил, что одним из моих личных проектов в этом году будет попытка помочь Times, хотят они того или нет, — сказал он мне в начале 2010 года. — Я считаю, для нашей страны важно, чтобы они с этим разобрались».

Во время поездки в Нью-Йорк он поужинал с 50 представителями высшего руководства Times в уединенном подвальном зале ресторана азиатской кухни Pranna (он заказал манговый коктейль и простую вегетарианскую пасту — ни того ни другого не было в меню). Там он продемонстрировал достоинства iPad и объяснил, как важно нащупать точку невысокой, приемлемой для клиентов цены на цифровой контент. Он нарисовал график зависимости между возможными ценами и объемами продаж. Сколько было бы у их газеты читателей, будь Times бесплатной? Ответ на этот вопрос они знали, поскольку уже раздавали эту газету бесплатно в Сети и имели около 20 миллионов регулярных читателей. А если они сделают ее по-настоящему дорогой? У них были данные и на этот счет: с подписчиков на печатную версию они брали больше 300 долларов в год, и таких подписчиков было около миллиона. «Вам нужно стремиться к точке посередине, то есть примерно к 10 миллионам электронных подписчиков, — сказал он им. — А это означает, что подписаться на ваше электронное издание должно быть очень просто и дешево — один клик и максимум 5 долларов в месяц».

Менеджер, ответственный за распространение Times, стал настаивать, что газете нужно получать информацию об электронных адресах и кредитных картах всех подписчиков, даже тех, которые подписываются через App Store, но Джобс сказал, что Apple не станет ее выдавать. Руководитель рассердился. Немыслимо, чтобы Times не располагала этой информацией. «Что ж, вы можете попросить их об этом, но, если они не дадут ее вам добровольно, не вините меня, — сказал Джобс. — Если вам все это не нравится, откажитесь от нас. Но это не я загнал вас в угол. Это вы сами последние пять лет занимались тем, что бесплатно раздавали свою газету онлайн и не собирали никакой информации о кредитных картах».

Джобс также встретился наедине с Артуром Сульцбергером-младшим. «Он хороший парень, и он по-настоящему гордится их новым зданием, что правильно, — рассказал Джобс позднее. — Я поговорил с ним о том, что, на мой взгляд, ему надо сделать, но дальше ничего не произошло». На это ушел год, но в апреле 2011 года Times начала брать плату за свою электронную версию и продавать какое-то количество подписок через Apple, придерживаясь установленных Джобсом правил. Газета решила, однако, назначить сумму, примерно вчетверо превышающую предложенные Джобсом 5 долларов.

В небоскребе Time-Life Building роль хозяина взял на себя редактор журнала Time Рик Штенгель. Джобсу нравился Штенгель, поставивший группу талантливых сотрудников во главе с Джошем Куиттнером еженедельно делать полноценную версию журнала для iPad. Но он рассердился, когда увидел там Энди Серуэра из журнала Fortune. Чуть не со слезами в голосе он сказал Серуэру, что по-прежнему очень расстроен из-за вышедшей два года назад статьи Fortune, раскрывавшей подробности о его здоровье и проблемах с опционами на акции Apple. «Вы пнули лежачего», — сказал он.

Самая серьезная проблема компании Time Inc. была та же, что и у Times: это журнальное издательство не хотело, чтобы Apple получила в свое распоряжение его подписчиков и лишила его возможности вести расчеты напрямую. Time Inc. хотела создать приложения, которые для покупки подписки перенаправляли бы читателей на их собственный веб-сайт. Apple отказалась. Когда Time и другие журналы все же представили приложения, которые делали это, им отказали в продажах через App Store.

Джобс пытался поговорить лично с исполнительным директором Time Inc. Джеффом Бьюксом, прожженным прагматиком с обаянием хитрой лисы. Они уже имели дело друг с другом несколько лет назад по поводу прав на трансляцию видео для iPod Touch; хотя в тот раз Джобс не смог убедить Бьюкса заключить сделку, в которой были бы задействованы эксклюзивные права кабельного телеканала HBO на показ фильмов вскоре после их выхода на экран, прямота и решительность Бьюкса его восхитили. Бьюкс, со своей стороны, уважал умение Джобса мыслить стратегически и одновременно держать под контролем тончайшие детали. «Стив без труда может переключаться с общих принципов на детали», — говорил он.

Когда Джобс позвонил Бьюксу насчет сделки с журналами Time Inc. для iPad, то начал с утверждений, что печатный бизнес «в дерьме», что «никому на самом деле не нужны ваши журналы» и что Apple предлагает великолепную возможность продавать подписку на электронные версии, но «ваши ребята этого не понимают». Бьюкс не согласился ни с одним из этих утверждений. Он сказал, что был бы очень рад, если бы Apple стала продавать электронную подписку для Time Inc. Тридцатипроцентная доля Apple — это не проблема.

— Говорю вам это прямо сейчас: если вы продадите подписку для нас, вы можете получить свои 30 %, — сказал ему Бьюкс.

— Что ж, такого прогресса мне еще ни с кем не удалось достичь, — ответил Джобс.

— У меня только один вопрос, — продолжил Бьюкс. — Если вы продаете подписку на мой журнал, и я даю вам 30 %, у кого подписка — у вас или у меня?

— Я не могу выдавать информацию о подписчиках, такова политика Apple в области конфиденциальности, — ответил Джобс.

— Что ж, тогда мы должны придумать что-то еще, потому что я не хочу, чтобы все подписчики из моей базы стали вашими подписчиками и потом вы бы собрали их в App Store, — сказал Бьюкс. — А затем, раз у вас монополия, пришли и сказали мне, что в вашем магазине должно быть не 4 доллара за экземпляр, а один. Если кто-то подписывается на наш журнал, нам нужно знать, кто это, нам нужно иметь возможность создать в Сети сообщество этих людей, и нам нужно право рекламировать обновления напрямую.

C Рупертом Мердоком, чья компания News Corporation владела The Wall Street Journal, The New York Post, газетами по всему миру, кинокомпанией Fox Studios и телеканалом Fox News Channel, у Джобса все прошло проще. Когда Джобс встретился с Мердоком и его командой, те тоже стали настаивать на доступе к информации о подписчиках, которые приходят через Apple Store. Но когда Джобс отказался, произошло нечто интересное. Мердока обычно не так легко продавить, но он понимал, что в этом вопросе у него нет рычагов давления, а потому принял условия Джобса. «Мы предпочли бы иметь подписчиков в своем распоряжении и пытались протолкнуть это требование, — вспоминал Мердок. — Но Стив не заключил бы сделку на таких условиях, поэтому я сказал: „Окей, будь по-вашему“. У нас не было никаких причин затевать бессмысленную канитель. Он не собирался уступать — на его месте я бы тоже не уступил, — так что я просто сказал „да“».

Мердок даже стал выпускать исключительно электронную ежедневную газету The Daily, подстроенную специально под iPad. Она должна была продаваться в App Store на установленных Джобсом условиях по 99 центов в неделю. Мердок лично привез свою команду в Купертино, чтобы продемонстрировать планируемый дизайн. Джобсу он решительно не понравился. «Вы позволите нашим дизайнерам помочь?» — спросил он. Мердок согласился. «Дизайнеры Apple повозились с этим, — рассказывал Мердок, — наши ребята тоже еще поработали, и через десять дней мы вернулись, показали оба варианта, и ему в итоге версия нашей команды понравилась больше. Мы были поражены».

Газета The Daily, которая не была ни таблоидом, ни серьезным изданием, а скорее чем-то средним, вроде газеты USA Today, не имела особого успеха. Зато благодаря ей между Джобсом и Мердоком возникла некая странная связь. Когда Мердок попросил его выступить на ежегодной выездной встрече менеджеров его компании News Corp. в июне 2010 года, Джобс сделал исключение из своего правила никогда не выступать на таких мероприятиях. По окончании Джеймс Мердок повел его на ужин и взял интервью, которое продолжалось почти два часа. «Он очень резко критиковал газеты за то, как они пишут о технике, — вспоминал Мердок. — Он сказал, что нам трудно будет добиться правильного подхода, потому что мы в Нью-Йорке, а любой, кто хоть как-то разбирается в технике, работает в Силиконовой долине». Гордон Маклеод, президент Цифровой сети The Wall Street Journal (The Wall Street Journal Digital Network), воспринял это не очень хорошо и выдвинул ряд возражений. В конце всего Маклеод подошел к Джобсу и сказал: «Благодарю, это был прекрасный вечер, но вы, возможно, только что лишили меня работы». Мердок слегка усмехнулся, когда описывал мне эту сцену. «В итоге это оказалось правдой». Маклеод ушел через три месяца.

В обмен на выступление во время выездного собрания Джобс заставил Мердока выслушать его мнение о телеканале Fox News, который, как он считал, оказывает разрушительное, пагубное влияние на страну и портит репутацию Мердока. «Fox News вас компрометирует, — сказал ему Джобс — Сегодня раздел проходит не между либеральным и консервативным, а между конструктивным и деструктивным, а вы связались с деструктивными людьми. Fox стал невероятно разрушительной для нашего общества силой. Если вы не отнесетесь к этому внимательно, то оставите после себя это наследие, а вы можете быть лучше». Джобс сказал, что, по его мнению, Мердок был не очень доволен тем, как далеко зашел телеканал Fox. «Руперт — творец, а не разрушитель, — говорил он. — Я несколько раз встречался с Джеймсом и думаю, что он со мной согласен. Насколько я могу судить».

Мердок позднее сказал, что он привык слышать жалобы на Fox от таких людей, как Джобс. «Он смотрит на это в каком-то смысле с левых позиций», — сказал он. Джобс попросил его поручить своим людям сделать подборку за неделю программ Шона Хэннити и Гленна Бека — он считал их более вредоносными, чем программы Билла О’Рейли,[43] — и Мердок согласился. Джобс потом рассказал мне, что собирается попросить команду Джона Стюарта[44] сделать такую же подборку, чтобы показать ее Мердоку. «Я с удовольствием посмотрел бы ее, — сказал Мердок, — но он мне про это не говорил».

Мердок и Джобс так хорошо поладили, что в течение следующего года Мердок дважды приезжал на ужин к Джобсу домой в Пало-Альто. Джобс шутил, что каждый раз по такому случаю ему приходилось прятать ножи, так как он опасался, что его жена выпотрошит Мердока, как только тот войдет. Про Мердока, в свою очередь, говорят, что он произнес великую фразу об органических вегетарианских блюдах, которыми его там обыкновенно потчевали. «Поужинать у Стива — это знаменательное событие, если только вы успеваете выбраться от него до закрытия ближайших ресторанов». Увы, когда я спросил Мердока, говорил ли он когда-нибудь эти слова, он ответил, что не припоминает.

Один из визитов состоялся в начале 2011 года. Мердок должен был проезжать через Пало-Альто 24 февраля и отправил Джобсу sms об этом. Он не знал, что в тот день Джобсу исполнялось 56 лет, а Джобс тоже не упомянул этого в ответном сообщении с приглашением на ужин. «Таким образом я не дал Лорен наложить вето на этот план, — пошутил Джобс. — У меня был день рождения, так что ей пришлось разрешить мне пригласить Руперта». Там были Эрин и Ив, а Рид примчался из Стэнфорда ближе к концу ужина. Джобс продемонстрировал проект яхты, которую он планировал построить и которая, на взгляд Мердока, изнутри была красивой, но снаружи «смотрелась не очень». «Тот факт, что он так много говорил о том, как будет строить ее, несомненно, свидетельствует о его чрезвычайно оптимистичном настрое в плане собственного здоровья», — сказал позднее Мердок.

За ужином они говорили, как важно насаждать в компании дух предприимчивости и находчивости. По словам Мердока, Sony это не удалось. Джобс согласился. «Раньше я думал, что у по-настоящему большой компании не бывает четкой корпоративной культуры, — сказал Джобс. — Но теперь я считаю, что этого можно добиться. Мердок сделал это. Думаю, и я сделал это в Apple».

Большую часть ужина разговор крутился вокруг темы образования. Мердок только что нанял Джоэла Кляйна, бывшего главу нью-йоркского Городского департамента образования, создать отдел электронных учебных курсов. По воспоминаниям Мердока, Джобс несколько скептически смотрел на идею о том, что технология может изменить образование. Но Джобс и Мердок были согласны, что электронные учебные материалы уничтожат индустрию печатных учебников.

На самом деле Джобс положил глаз на бизнес, связанный с учебниками, в качестве следующей сферы, которую он намеревался преобразовать. Он считал, что эта индустрия стоимостью 8 миллиардов долларов в год созрела для того, чтобы быть разрушенной цифровыми технологиями. Кроме того, его поражал тот факт, что во многих школах по соображениям безопасности отсутствуют шкафчики, поэтому дети вынуждены таскать тяжелые рюкзаки. «iPad решил бы эту проблему», — сказал он. Его идея состояла в том, чтобы нанять авторов лучших учебников, создать электронные версии пособий и встроить их в iPad. Кроме того, он встречался с крупными издательствами, такими как Pearson Education, чтобы обсудить партнерство с Apple. «Процесс сертификации учебников в штатах коррумпирован, — сказал он. — Но если мы сможем сделать учебники бесплатными и они будут идти в комплекте с iPad, их не нужно будет сертифицировать. Паршивая экономическая ситуация на уровне штатов будет сохраняться еще десяток лет, а мы можем дать им возможность не мучиться этой проблемой с учебниками и сэкономить деньги».

Глава 38. Новые сражения. И отзвуки старых

Google: открытость против закрытости

Через несколько дней после того, как в январе 2010 года Джобс представил iPad, он провел «общественное собрание» с участием своих сотрудников в штаб-квартире Apple. Но вместо того, чтобы восторгаться их новым революционным продуктом, он набросился на компанию Google за выпуск конкурирующей операционной системы Android. Джобс был в ярости из-за того, что Google решила соперничать с Apple в телефонном бизнесе. «Мы не входили в бизнес поисковиков, — сказал он. — А они вошли в телефонный. Можете не сомневаться, они хотят уничтожить iPhone. Мы не позволим». Несколько минут спустя, после того как участники собрания уже перешли к другой теме, Джобс продолжил свою тираду, обрушившись на знаменитый слоган Don’t be evil, призванный отразить ценности Google. «Хочу вернуться к тому вопросу и сказать еще одну вещь. Мантра „Не будь злым“ — чистая брехня».

Джобсу казалось, что предали его лично. Исполнительный директор Google Эрик Шмидт состоял в совете директоров компании Apple, когда та разрабатывала iPhone и iPad, а основатели Google Ларри Пейдж и Сергей Брин относились к Джобсу как к учителю. Он чувствовал себя так, будто его ограбили. Сенсорный интерфейс Android обретал все больше черт, перенятых у Apple, — мультитач, набор иконок и так далее.

Джобс пытался отговорить компанию Google от разработки Android. В 2008 году он отправился в их штаб-квартиру недалеко от Пало-Альто и вступил в шумную перепалку с Пейджем, Брином и руководителем разработчиков операционной системы Android Энди Рубином (Шмидта от участия в обсуждении, которое затрагивало iPhone, спасло то, что он тогда был в совете директоров Apple). «Я сказал, что, если у нас сложатся хорошие отношения, мы гарантируем Google доступ к iPhone и одну или две иконки на рабочем столе», — вспоминал он. Но Джобс также пригрозил, что, если Google продолжит разрабатывать Android и использует хоть одну функцию iPhone — например, мультитач, — он подаст в суд. Сначала Google воздерживалась от копирования некоторых функций, но в январе 2010 года HTC представила телефон на базе Android, ставший счастливым обладателем мультитач и других аспектов интерфейса iPhone. Именно в этом контексте Джобс заявил, что слоган Google — «брехня».

Так что Apple выдвинула иск против компании HTC (и, следовательно, против Android), обвиняя ее в нарушении двадцати своих патентов. Среди них были патенты, включающие разнообразные мультитач — жесты: «наступить и потянуть», чтобы открыть, дабл-тап для зума, сжатие и растягивание и сенсоры, определяющие, как именно держат устройство. Я никогда еще не видел, чтобы он так злился, как у себя дома в Пало-Альто на той неделе, когда был выдвинут иск:

В нашем иске говорится: «Google, вы сперли у нас iPhone, обчистили нас по полной». Кража в особо крупных размерах. Я буду бороться до последнего вздоха, если понадобится, и я потрачу все сорок миллиардов на банковском счете Apple, чтобы восстановить справедливость. Я уничтожу Android, потому что это ворованный продукт. Я готов начать термоядерную войну. Они до смерти напуганы, так как знают, что виновны. Кроме поиска, все остальные гугловские продукты — Android, Google Docs — дерьмо.

Через несколько дней после этой тирады Джобсу позвонил Шмидт, который вышел из совета директоров Apple предыдущим летом. Он предложил выпить кофе, и они встретились в кафе в одном из торговых центров Пало-Альто. «Первую половину встречи мы обсуждали личные дела, а вторую — его идею о том, что Google украла у Apple дизайн пользовательского интерфейса», — вспоминал Шмидт. Когда они перешли к этой теме, главным образом говорил Джобс. Компания Google его ограбила, заявил он в жестких выражениях. «Мы поймали вас с поличным, — сказал он Шмидту. — Мне не нужна мировая. Мне не нужны деньги. Если вы предложите мне пять миллиардов, я не возьму их. У меня полно денег. Я хочу, чтобы вы перестали использовать эти идеи в Android, — вот все, чего я хочу». Они так ни к чему и не пришли.

В основе конфликта лежал более фундаментальный вопрос, исторические отголоски которого вызывали тревогу. Google представила Android как «открытую» платформу: ее открытый исходный код могли свободно использовать многочисленные производители аппаратного обеспечения на любых телефонах и планшетниках, которые создавали. Джобс же категорически стоял на том, что Apple должна тесно интегрировать свои операционные системы с аппаратным обеспечением. В 1980-е Apple не стала раздавать лицензии на макинтошевскую операционную систему, и компания Microsoft заняла господствующее положение на рынке благодаря тому, что предоставляла лицензии на свою систему многочисленным производителям аппаратного обеспечения, а также тому, что, как считал Джобс, украла у Apple интерфейс.

Сравнение того, что сделала Microsoft в 1980-е, и того, что Google пыталась сделать в 2010-м, было неточным, но все же внушало беспокойство и выводило из себя. Это был частный случай великого спора цифрового века: закрытость против открытости, или, в терминах Джобса, интегрированность против фрагментарности. Действительно ли лучше, как считала компания Apple и к чему практически вынуждали перфекционизм и стремление к контролю самого Джобса, связывать железо, софт и контент в единую стройную систему, обеспечивающую пользователю простоту обращения? Или все же предоставить пользователям и производителям более широкий выбор и расчистить подходы к более смелым инновациям, создавая программные системы, которые можно модифицировать и использовать на разных устройствах? «У Стива был особый подход к управлению Apple, такой же, что и двадцать лет назад, и заключается он в том, что Apple является блестящим новатором в области закрытых систем, — говорил мне позднее Шмидт. — Они не хотят, чтобы люди использовали их платформы без разрешения. Преимуществом закрытой платформы является контроль. Но у Google есть особое мнение, которое заключается в том, что открытый подход лучше, потому что он ведет к более широким возможностям, конкуренции и потребительскому выбору».

Так о чем же думал Билл Гейтс, когда наблюдал, как Джобс с его стратегией закрытости ведет войну против Google, как 25 лет назад вел ее против Microsoft? «Большая закрытость дает преимущество в плане того, насколько вы контролируете процесс, и, безусловно, временами у него было это преимущество», — говорил мне Гейтс. Но отказ предоставлять лицензии на эппловскую iOS, добавил он, дал конкурентам, таким как Android, возможность увеличить долю на рынке. Вдобавок конкуренция между разнообразными устройствами и производителями, утверждал он, ведет к более широкому потребительскому выбору и подстегивает инновации. «Не все из этих компаний строят пирамиды рядом с Центральным парком, — сказал он, подтрунивая над магазином Apple на Пятой авеню, — но они предлагают инновации, в основе которых лежит конкурентная борьба за потребителей». Большинство улучшений в PC, отметил Гейтс, появилось благодаря тому, что у потребителей был большой выбор, и то же самое однажды произойдет в сфере мобильных устройств: «Думаю, в итоге открытость будет иметь успех, но это моя изначальная позиция. Вся эта связанность — в долгосрочной перспективе вы не сможете ее сохранить».

Джобс верил во «всю эту связанность». Его вера в контролируемую и закрытую среду не дрогнула, даже когда Android закрепился на рынке. «Google утверждает, что наш контроль жестче, чем их, что мы закрытые, а они открытые, — возмущался он, когда я пересказал ему слова Шмидта. — Что ж, посмотрите на результат: Android — это хаос. У него разные размеры экрана и разные версии, больше сотни модификаций». Несмотря на то что подход Google мог бы в конечном счете победить на рынке, у Джобса он вызывал отвращение: «Мне нравится нести ответственность за все ощущения пользователя. Мы делаем это не ради денег. Мы делаем это, потому что хотим выпускать великие продукты, а не такое дерьмо, как Android».

Flash, App Store и контроль

Стремление Джобса контролировать все от начала до конца проявлялось также в других сражениях. На «общественном собрании», во время которого он критиковал Google, он обрушился и на разработанную компанией Adobe мультимедийную платформу для веб-сайтов Flash, назвав ее «глючным» пожирателем аккумуляторов, сделанным «ленивыми» людьми. iPod и iPhone, сказал он, никогда не будут поддерживать Flash. «Flash — это техническая игрушка, которая паршиво работает и у которой действительно серьезные проблемы с безопасностью», — говорил он мне чуть позднее.

Он даже наложил запрет на приложения с использованием созданного компанией Adobe компилятора, который преобразовывал код Flash так, чтобы тот был совместим с эппловской операционной системой iOS. Джобс с презрением относился к использованию компиляторов, которые позволяли разработчикам написать свои программы один раз, а потом переносить их в разные операционные системы. «Позволить переносить Flash с платформы на платформу — значит упростить все и свести к наименьшему общему знаменателю, — говорил он. — Мы потратили много сил на улучшение нашей платформы, а разработчик не задействует никаких ее преимуществ, если Adobe использует только возможности, которые есть у любой платформы. Поэтому мы сказали, что хотим, чтобы разработчики пользовались нашими лучшими возможностями, чтобы их приложения работали на нашей платформе качественнее, чем на любой другой». Тут он был прав. Потерять возможность выделять платформы Apple, позволить им стать «еще одними» продуктами, типа HP и Dell, значило бы погубить компанию.

Но существовала и более личная причина. В 1985 году Apple инвестировала в Adobe, и совместными усилиями эти две компании инициировали революцию в области настольных издательских систем. «Я помог Adobe заявить о себе», — утверждал Джобс. В 1999 году, после возвращения в Apple, он предложил Adobe начать выпуск программ редактирования видео и других ее продуктов для iMac и его новой операционной системы, но Adobe отказалась. Компания сосредоточилась на выпуске продуктов под Windows. Вскоре после этого компанию покинул ее основатель Джон Уорнок. «Когда ушел Уорнок, Adobe осталась без сердца, — сказал Джобс. — Именно Уорнок был изобретателем, тем человеком, с которым я там контактировал. Без него это была лишь кучка пиджаков, и компания превратилась в дерьмо».

Когда адепты Adobe и поклонники Flash в блогосфере стали критиковать Джобса за чрезмерный контроль, он решил написать и выложить в Сети открытое письмо. Билл Кэмпбелл, друг и член совета директоров, пришел к нему домой, чтобы прочитать обращение. «Оно не звучит так, будто я просто цепляюсь к Adobe?» — спросил Джобс Кэмпбелла. «Нет, это факты, выкладывай», — ответил наставник. Большая часть письма была посвящена техническим недостаткам Flash. Но, несмотря на наставления Кэмпбелла, Джобс не удержался и в конце высказался на тему конфликта двух компаний. «Компания Adobe стала последним сторонним разработчиком, который полностью принял Mac OS X», — отметил он.

В том же году Apple сняла часть ограничений на компиляторы для перехода между платформами, и Adobe смогла выпустить инструмент для работы с видео на базе Flash, который использовал ключевые преимущества платформы iOS. Это была ожесточенная схватка, но аргументы Джобса оказались убедительнее. В итоге они заставили Adobe и других разработчиков компиляторов с большей пользой задействовать интерфейс iPhone и iPad и их особые возможности.

Справиться с конфликтами вокруг стремления Apple сохранять жесткий контроль над тем, какие приложения можно загружать на iPhone и iPad, было сложнее. Меры предосторожности против приложений, которые содержат вирусы или нарушают конфиденциальность информации пользователей, были разумным шагом; у препятствования приложениям, которые направляли пользователей на другие веб-сайты для оформления подписки, вместо того чтобы делать это через iTunes Store, было по меньшей мере коммерческое обоснование. Но Джобс и его команда пошли дальше: они решили запретить любые приложения, которые очерняли людей, были политически взрывоопасными, или те, которые цензоры Apple сочли порнографическими.

Проблемы с игрой в няньку проявились, когда Apple отвергла содержавшее анимированные политические карикатуры Марка Фьоре приложение на том основании, что нападки художника на политику администрации Буша в вопросе пыток нарушают запрет на клевету. Решение компании стало достоянием гласности и предметом насмешек, когда в апреле Фьоре получил Пулитцеровскую премию 2010 года «За карикатуры». Apple пришлось дать задний ход, а Джобс принес публичные извинения. «Мы виноваты в том, что совершаем ошибки, — сказал он. — Мы делаем все, на что способны, мы учимся так быстро, как только можем, но мы считали, что в нашем правиле есть смысл».

Но это было больше, чем просто ошибка. Это порождало опасения, что Apple начнет диктовать, что мы должны смотреть или читать, по меньшей мере, если хотим пользоваться iPad или iPhone. Казалось, Джобс рискует превратиться в оруэлловского Большого Брата, которого он торжественно уничтожил в эппловском ролике «1984», рекламирующем Macintosh. Он отнесся к этому вопросу серьезно. Однажды он позвонил обозревателю газеты The New York Times Тому Фридману, чтобы обсудить, как устанавливать границы и не выглядеть при этом цензором. Он попросил Фридмана возглавить консультативную группу, которая помогла бы выработать генеральную линию, но издатель Фридмана сказал, что это будет конфликтом интересов, и группа не была создана.

Запрет на порнографию тоже породил проблемы. «Мы считаем, что несем моральную ответственность за то, чтобы не подпускать порнографию к iPhone, — провозгласил Джобс в электронном письме одному потребителю. — Люди, которым нужно порно, пусть покупают Android». Это повлекло обмен электронными письмами с Райаном Тейтом, редактором сайта сплетен из мира техники Valleywag. Как-то вечером, потягивая виски, Тейт отправил Джобсу письмо, в котором осуждал деспотичный эппловский контроль того, какие приложения считать приемлемыми. «Если бы Дилану сейчас было двадцать, что бы он подумал о вашей компании? — вопрошал Тейт. — Возможно, он бы подумал, что iPad имеет слабое отношение к „революции“? Революции совершаются ради свободы».

К его удивлению, несколько часов спустя, уже за полночь, Джобс прислал ответ. «Да, — писал он, — ради свободы от программ, ворующих вашу личную информацию. Ради свободы от программ, которые сажают ваш аккумулятор. Ради свободы от порнографии. Да, ради свободы. Времена, они меняются,[45] и некоторым традиционным приверженцам PC кажется, что их мир незаметно исчезает. Так и есть».

В своем ответе Тейт изложил несколько мыслей по поводу Flash и других тем, потом вернулся к вопросу о цензуре: «Знаете что? Я не хочу „свободы от порно“. Порно — это просто прекрасно. Думаю, моя жена с этим согласилась бы».

«Возможно, когда у вас появятся дети, вас будет больше беспокоить порнография, — ответил Джобс. — Речь не о свободе. Речь о том, что Apple пытается делать правильные вещи для своих пользователей». И эффектно закончил: «Кстати, а что вы такого великого сделали? Вы что-нибудь создаете или просто критикуете работу других и принижаете обоснованность их мотивов?»

Тейт признался, что был впечатлен. «Редко бывает, что исполнительный директор лично вступает в рукопашную с потребителями и блогерами подобным образом, — писал он. — Джобс заслуживает большого уважения за то, что сломал стереотип американского босса, а не только за то, что его компания выпускает такие сногсшибательные продукты: Джобс не просто построил, а потом перестроил компанию на базе некоторых очень жестких принципов в цифровой области, он еще и готов защищать эти принципы публично, решительно, резко. В два часа ночи в выходной». Многие блогеры согласились и отправили Джобсу письма, в которых хвалили его стойкость. Джобс тоже был горд собой, он переслал мне переписку с Тейтом и несколько хвалебных отзывов.

И все же было нечто тревожное в том, что Apple указывала всем, кто покупал производимые ею продукты, что они не должны смотреть противоречивые политические карикатуры или то же порно. Юмористический сайт eSarcasm.com развернул в Сети кампанию под лозунгом «Да, Стив, я хочу порно». «Мы грязные, помешанные на сексе подонки, которым нужен доступ к порнухе 24 часа в сутки, — говорилось на сайте. — Так или иначе, нам просто нравится идея открытого общества без цензуры, в котором нет технодиктатора, решающего, что нам можно смотреть, а что нет».

В то время Джобс и Apple вели битву с подконтрольным Valleywag веб-сайтом Gizmodo, в распоряжении которого оказался тестовый образец еще не вышедшего iPhone 4, забытый в баре нерадивым разработчиком Apple. Когда полиция в ответ на жалобу Apple обыскала дом журналиста, возникли вопросы, не примешалась ли к одержимости контролем еще и заносчивость.

Сторінка 48

Назад Далі

1....46 47...49 50...61

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.