Бібліотека Страуса - Анджей Сапковский - Ведьмак - Крещение огнем

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 45

***

Когда они остановились напоить коней, Геральт отвел Региса в укромное место.

— Планы меняются, — сообщил он сухо. — Мы не поедем через Ийсгит.

Вампир минуту помолчал, буравя его черными глазами. Потом сказал:

— Если б я не знал, что как ведьмак ты опасаешься только реальных угроз, я б подумал, что ты принял близко к сердцу болтовню ненормальной девчонки.

— Но ты знаешь. Поэтому подумаешь логично.

— Ну-ну. Однако хочу обратить твое внимание на следующее: во-первых, состояние, в котором находится Мильва, не болезнь и не дефект. Конечно, девушка обязана о себе заботиться, но она совершенно здорова и разумна. Я бы даже сказал — весьма разумна. Гормоны...

— Брось менторский и отдающий превосходством тон, — прервал Геральт. — Он начинает действовать на нервы.

— Это был первый вопрос, — напомнил Регис, — из двух, которые я намерен был затронуть. А вот второй: когда Мильва обнаружит твою сверхзаботливость и поймет, что ты носишься с ней как курица с яйцом, она взбеленится, а затем последует стресс, который ей абсолютно противопоказан. Геральт, я не хочу быть ментором. Хочу быть рациональным.

Геральт не ответил.

— Есть еще и третья проблема, — добавил Регис, по-прежнему сверля его глазами. — Идти через Ийсгит нас заставляет не энтузиазм и жажда приключений, а необходимость. По горам шатаются войска, а нам необходимо добраться в Каэд Дху. Мне казалось, это срочно. Казалось — тебе важно как можно скорее добыть информацию и двинуться на спасение твоей Цири.

— Важно — Геральт отвел глаза. — Мне очень важно. Я хочу спасти и вернуть Цири. До последнего времени я думал, что любой ценой. Но нет. Этой — нет. Этой ценой я не заплачу, на такой риск не пойду. Не согласен. Мы не пойдем через Ийсгит.

— Альтернатива?

— Другой берег Яруги. Поедем вверх по течению, далеко за трясины. Переправимся через Яругу на высоте Каэд Дху. Если будет трудно, переправимся к друидам только вдвоем. Я переплыву, ты перелетишь под видом нетопыря. Что так смотришь? Ведь то, что река для вампира — преграда, это просто еще один миф и предрассудок. А может, я ошибаюсь?

— Не ошибаешься. Но летать я могу только в полнолуние.

— До полнолуния всего две недели. Пока мы доберемся до нужного места, как раз и будет почти полнолуние.

— Геральт, — сказал вампир, по-прежнему не спуская с ведьмака взгляда. — Странный ты человек, ведьмак. Для ясности: это не было определение уничижительное. Ну ладно. Отказываемся от Ийсгита, опасного для женщин в интересном положении. Переправимся на другой берег Яруги, по твоему мнению, безопасный.

— Я умею оценивать степень риска.

— Не сомневаюсь.

— Мильве и остальным ни слова. Если спросят, скажешь, что это часть нашего плана.

— Разумеется. Начинаем поиски лодок.

***

Долго искать не пришлось, а результат поисков превзошел все ожидания. Отыскалась даже не лодка, а паром. Спрятанный среди верб, ловко замаскированный ветками и пучками камыша, паром выдал канат, связывающий его с левым берегом. Нашелся и паромщик. Увидев их, он быстро шмыгнул в кусты, но Мильва засекла его и вытащила из укрытия за воротник, попутно спугнув и помощника, могучего сложения парня с плечами богатыря и лицом законченного идиота. Паромщик трясся от страха, глаза у него бегали, словно пара мышей по пустому амбару.

— На тот берег? — Паромщик икнул, узнав, чего от него ждут. — Ни за что! Там нильфгаардская земля, а теперича военный час! Схватют — на кол натянут! Не поплыву! Убейте, не поплыву!

— Убить можем, — скрипнула зубами Мильва. — Предварительно исколотить тоже можем. А ну, раскрой еще пасть — увидишь, что можем!

— Военный час, — вампир просверлил паромщика взглядом, — наверняка тебе в контрабанде не помеха, а, добрый человек? На то тебе и паром, хитро установленный подальше от королевских и нильфгаардских форпостов, я не ошибаюсь? А ну, давай, сталкивай его на воду.

— Так-то оно будет разумнее, — добавил Кагыр, поглаживая рукоять меча. — Будешь волокитить, переправимся сами, без тебя, паром останется на том берегу, и чтобы его вернуть, придется тебе плыть по-лягушачьи, брассом, стало быть. А так — переправишь нас и вернешься. Часок страха — и забудешь.

— А станешь упираться, стервь, — снова пригрозила Мильва, — так приложу, до зимы не забудешь!

Перед лицом суровых, не подлежащих обсуждению аргументов паромщик отступил, и вскоре уже вся команда была на пароме. Некоторые лошади, особенно Плотва, упирались и не хотели грузиться, но паромщик и его придурковатый помощник, видимо, сталкивались с такой ситуацией не раз, что доказывала ловкость, с которой они управились с упирающимися лошадьми. Дурачок-гигант на пару с паромщиком принялся крутить ворот, приводящий в движение посудину, и переправа началась.

Когда выплыли на открытую воду и их охватил ветер, настроение улучшилось. Переправа через Яругу была чем-то новым, иным этапом, указывающим на прогресс в движении. Впереди был нильфгаардский берег, рубеж, граница. Все вдруг оживились. Это передалось даже глуповатому помощнику паромщика, который ни с того ни с сего принялся насвистывать какую-то кретинскую мелодийку. Геральт тоже чувствовал странную эйфорию, словно из ольховника на левом берегу вот-вот выглянет Цири и радостно крикнет, увидев его.

Вместо Цири крикнул паромщик. И отнюдь не радостно.

— О боги! Мы пропали! Гляньте туды! Геральт взглянул в указанном направлении и выругался. Меж ольховин на высоком берегу сверкнули доспехи, загудели копыта. Еще мгновение, и левобережная паромная пристань почернела от конников.

— Черные! — взвизгнул паромщик, бледнея и отпуская ворот. — Нильфгаардцы! Смерть! Спасите, боги!

— Держи коней. Лютик! — заорала Мильва, пытаясь одной рукой вытащить лук из луба. — Держи коней!

— Это не имперские, — сказал Кагыр. — Мне кажется...

Его голос заглушили крики конников на пристани. И крик паромщика. Подгоняемый его криком придурковатый помощник схватился за топор, размахнулся и с силой опустил острие на канат. Паромщик помог вторым топором. Конники на пристани это увидели и тоже принялись орать. Несколько человек въехали в воду, схватили канат. Некоторые бросились к парому вплавь.

— Оставьте канат в покое! — крикнул Лютик. — Это не нильфгаардцы! Не перерубайте...

Однако было уже поздно. Перерубленный канат тяжело плюхнулся в воду, паром развернулся, и его подхватило течение. Конники на берегу подняли страшный крик.

— Лютик прав, — угрюмо сказал Кагыр. — Это не имперские... Они на нильфгаардском берегу, но это не нильфгаардцы.

— Конечно ж, нет! — закричал Лютик. — Я узнаю знаки! Орлы и ромбы! Знаки Лирии! Это лирийские герильясы! Эй, люди...

— Прячься за борт, дурень! Поэт, как всегда, вместо того чтобы послушаться, пожелал узнать, в чем дело. И тут в воздухе засвистели стрелы. Часть со стуком врезалась в борт парома, часть пролетела выше и хлопнулась в воду. Две летели прямо на Лютика, но ведьмак уже выхватил свой меч, прыгнул, быстрыми ударами отбил обе.

— Великое Солнце, — ахнул Кагыр. — Отбил... Отбил две стрелы! Невероятно! Ничего подобного я не видел...

— И не увидишь! Впервые в жизни мне удалось такое! Прячьтесь за борт!

Однако солдаты с пристани прекратили обстрел, видя, что течение несет паром прямо к их берегу. Вода вспенилась у боков лошадей, загоняемых в воду. Паромная пристань заполнилась новыми конниками. Их было никак не меньше двух сотен.

— Подмогайтя! — закричал паромщик. — А ну, за шесты, милсдари, мать вашу! К берегу нас несет!

Они поняли сразу, а шестов, к счастью, было достаточно. Регис и Лютик держали лошадей. Мильва, Кагыр и ведьмак помогали паромщику и его придурковатому прислужнику. Паром, который оттолкнули сразу пятью шестами, развернулся и пошел быстрее, явно направляясь к середине реки. Солдаты на берегу снова подняли крик, опять схватились за луки. Просвистело несколько стрел, одна из лошадей дико заржала. К счастью, подхваченный течением паром плыл быстро и все больше удалялся от берега, за пределы прицельных выстрелов.

Они уже были на середине реки. Паром крутился, словно дерьмо в проруби. Кони топали и ржали, вырывались от вцепившихся в поводья Лютика и вампира. Конники на берегу орали и грозились кулаками. Геральт вдруг заметил среди них наездника на белом коне, размахивавшего мечом и, кажется, отдававшего приказы.

Спустя минуту кавалькада отступила к опушке леса и галопом помчалась краем высокого берега. Латы посверкивали в прибрежных зарослях.

— Они не отстанут, — застонал паромщик. — Знают, что за заворотом быстрина снова нас к ихнему берегу прибьет... Держитя палки наготове, милсдари! Как нас к правому берегу повернет, надыть барке подмогнуть перебороть течение и выскакивать. Иначей нам горе...

Паром плыл, понемногу дрейфуя к правому берегу, к высокому, крутому, ощетинившемуся кривыми соснами откосу. Левый берег, от которого они сейчас удалялись, сделался плоским, вдавался в реку полукруглой песчаной косой. На косу галопом вылетели наездники, с разгона въезжая в воду. Рядом с косой явно была мелина, застружина, и прежде чем вода дошла лошадям до брюха, конники вошли в реку довольно далеко.

— Дойдут на выстрел, — угрюмо оценила Мильва. — Прячьтесь.

Снова засвистели стрелы, некоторые попали в доски. Но отбивающееся от застружины течение быстро понесло паром в сторону крутого поворота на правом берегу.

— Таперича за шесты! — приказал трясущийся паромщик. — Живо, пристаем, пока быстрина не ухватит!

Однако сделать это оказалось не так просто. Течение было быстрым, вода глубокой, а паром большим тяжелым и неповоротливым. Вначале он вообще не реагировал на их усилия, наконец шесты сильнее уперлись в дно. Походило на то, что у них получится, когда Мильва вдруг упустила шест и молча указала на правый берег.

— А вот теперь... — Кагыр смахнул пот со лба. — Теперь — точно нильфгаардцы.

Геральт тоже видел это. У наездников, неожиданно появившихся на правом берегу, были черные и зеленые плащи, у коней — характерные узды, набранные из колец. Наездников была по меньшей мере сотня.

— Пропали мы таперича вконец... — заныл паромщик. — Ох, маменька родная, это ж Черные!

— К шестам! — рявкнул ведьмак. — К шестам и на быстрину! Дальше от берега.

Задача опять оказалась не из легких. Течение у правого берега было сильное, паром несло прямо к высокому обрыву, с которого уже слышались крики нильфгаардцев. Когда через минуту упершийся в шест Геральт поднял голову, то увидел над собой ветки сосен. Выпущенная с края обрыва стрела врезалась в палубу почти отвесно в двух ступнях от него. Вторую, метившую в Кагыра, он отбил ударом меча.

Мильва, Кагыр, паромщик и его помощник отталкивались уже не от дна, а от берега, от обрыва. Геральт бросил меч, схватил шест и помог им, а паром начало снова сносить на стрежень. Однако они все еще были в опасной близости от правого берега, а по берегу мчалась погоня. Не успели отдалиться, как обрыв кончился и на плоский, заросший камышом берег вылетели нильфгаардцы. В воздухе завыли перья стрел.

— Прячьтесь!

Помощник паромщика вдруг как-то странно выругался и упустил шест в воду. Геральт увидел окровавленный наконечник и четыре вершка стрелы, торчащие из его спины. Гнедой конь Кагыра встал на дыбы, заржал, мотая простреленной шеей, повалил Лютика я выпрыгнул за борт. Остальные лошади тоже ржали и метались, паром трясся от ударов копыт.

— Держите коней! — крикнул вампир. — Дер...

Он вдруг осекся, навалился спиной на борт, осел, наклонил голову. Из груди у него торчала черноперая стрела.

Мильва увидела это. Она дико вскрикнула, схватила лук, высыпала под ноги стрелы из колчана и начала шить. Быстро. Стрела за стрелой. Ни одна не прошла мимо цели.

На берегу закипело. Нильфгаардцы отступали к лесу, оставляя в камышах воющих раненых и убитых. Укрывшиеся в лесу продолжали стрелять, но стрелы уже едва долетали, быстрое течение несло паром к середине реки. Расстояние было слишком велико для прицельной стрельбы нильфгаардских луков. Но не для лука Мильвы.

Среди нильфгаардцев вдруг возник офицер в черном плаще, в шлеме, на котором раскачивались черные крылья. Он кричал, размахивал булавой, указывал на реку ниже по течению. Мильва шире расставила ноги, подтянула тетиву к уголку рта, быстро прицелилась. Стрела зашумела в воздухе, офицер выгнулся дугой назад в седле, повис в руках подхвативших его солдат. Мильва снова натянула лук, выпустила тетиву из пальцев. Один из поддерживавших офицера нильфгаардцев душераздирающе крикнул и свалился с лошади. Остальные скрылись в лесу.

— Мастерские выстрелы, — спокойно сказал Регис из-за спины ведьмака. — Но лучше беритесь-ка за шесты. Мы все еще слишком близко от берега, а несет нас на мель!

Лучница и Геральт обернулись.

— Ты жив?

— А вы думали, — вампир показал на черноперую стрелу, — что мне можно нанести вред каким-то обрубком прутика?

Удивляться было некогда. Паром снова крутился и плыл по стремнине. Но на повороте реки опять возникла песчаная коса и мель, а на берегу стало черным-черно от нильфгаардцев. Некоторые спускались в воду и готовили луки. Все, не исключая и Лютика, схватились за шесты. Вскоре шесты перестали доставать дно, течение вынесло паром на глубину.

— Лады, — засопела Мильва, бросая шест. — Теперь нас не достанут...

— Один добрался до отмели, — указал Лютик. — Готовится стрелять. Прячьтесь!

— Не попадет, — холодно оценила обстановку Мильва.

Стрела плюхнулась в воду в двух саженях от носа парома.

— Снова натягивает! — воскликнул трубадур, выглядывая из-за борта. — Внимание!

— Не попадет, — повторила Мильва, поправляя щиток на левом предплечье. — Лук у него добрый, но лучник из него, как из козьей жопы валторна. Горячится. После выстрела дергается и трясется как баба, у которой слизень ползает промежду полжопками. Держите коней, чтоб меня не толкнул.

Сторінка 45

Назад Далі

1 2 3...44 45 46 47

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.