Бібліотека Страуса - Агата Кристи - Эркюль Пуаро. Большая четвёрка

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 10

Нас провели в небольшой салон, и вскоре туда вошла хозяйка дома. Мадам Оливер оказалась очень высокой женщиной, и ее рост еще более подчеркивался длинным белым платьем и похожей на монашескую шапочкой, красовавшейся на голове. Лицо мадам было длинным и бледным, а прекрасные темные глаза сверкали почти фанатическим огнем. Вообще она куда больше напоминала древнюю жрицу, нежели современную француженку. На одной щеке у нее виднелся шрам, и я вспомнил, что ее муж и соратник погиб при взрыве в лаборатории три года назад и что сама она была ужасно обожжена. С тех пор она удалилась от света и с яростной энергией погрузилась в научные исследования. Нас она встретила с холодной вежливостью.

— Меня уже неоднократно расспрашивала полиция, мсье. Я думаю, что едва ли могу чем-то вам помочь, поскольку полиции я помочь не смогла.

— Мадам, я по возможности постараюсь не задавать вам лишних вопросов. Начнем с того, о чем вы беседовали с Холлидеем.

Она посмотрела на Пуаро с веселым недоумением.

— Ну разумеется, о работе! О его работе… а также о моей.

— Он упоминал при вас о теории, которую недавно изложил в докладе, прочитанном в Британском научном обществе?

— Конечно, упоминал. Он только о ней и говорил.

— Его идеи были несколько фантастичны, не так ли? — небрежно спросил Пуаро.

— Кое-кто так и подумал. Но я с этим не согласна.

— Вы рассматривали их с практической стороны?

— Только с практической. Направление моих собственных исследований в чем-то сходно с этими идеями, хотя и подразумевает другие результаты. Я занимаюсь гамма-лучами, излучаемыми веществом, известным под названием радий-С, — и при этом я натолкнулась на некоторые весьма интересные магнетические феномены. На деле у меня есть теория о подлинной природе сил, которые мы называем магнетизмом, но пока еще не пришло время познакомить мир с моими открытиями. Эксперименты и идеи мистера Холлидея чрезвычайно заинтересовали меня.

Пуаро кивнул. Потом он задал вопрос, который меня удивил:

— Мадам, где вы обсуждали все эти вопросы? Здесь, в гостиной?

— Нет, мсье. В лаборатории.

— Могу я взглянуть на нее?

— Разумеется.

Мадам Оливер направилась к двери, через которую вошла в салон. За дверью оказался небольшой коридор. Мы миновали еще две двери и очутились в большой лаборатории, сплошь заставленной лабораторной посудой и тиглями, а также сотнями приборов, о названии которых я не имел ни малейшего представления. Двое сотрудников были заняты какими-то опытами. Мадам Оливер представила их:

— Мадемуазель Клауд, одна из моих ассистентов. — Высокая серьезная девушка поклонилась нам. — Мсье Генри, старый испытанный друг.

Молодой человек, низкорослый и смуглый, коротко кивнул.

Пуаро осмотрелся по сторонам. В лаборатории оказалось еще две двери, кроме той, через которую мы вошли. Одна из них, как объяснила мадам, вела в сад, другая — в меньшее помещение, также предназначенное для исследований. Пуаро выслушал все это, а затем изъявил готовность покинуть лабораторию.

— Мадам, во время вашей беседы с мистером Холлидеем кто-нибудь присутствовал здесь?

— Да, мсье. Оба мои ассистента находились в той комнате, за дверью.

— Мог ли кто-нибудь подслушать ваш разговор… кто-нибудь посторонний?

— Не думаю. Я почти уверена, что не мог. Все эти двери были заперты.

— А мог кто-нибудь спрятаться в этом помещении?

— Там в углу есть большой шкаф… Да нет, ваше предположение абсурдно!

— Pas tout a fait,[9] мадам. Еще одно: Холлидей упоминал о своих планах на вечер?

— Он ничего такого не говорил, мсье.

— Благодарю вас, мадам, и извините за то, что потревожили вас. Умоляю, не беспокойтесь — мы сами найдем дорогу к выходу.

Мы добрались до холла. Через парадную дверь только что вошла с улицы какая-то леди. Она быстро взбежала по ступеням наверх, и я успел заметить лишь плотную вуаль, какую носили обычно французские вдовы.

— Весьма необычный тип женщины, — заметил Пуаро, когда мы вышли.

— Мадам Оливер? Да, она…

— Mais non,[10] не мадам Оливер! Cela va sans dire![11] Это совсем другое дело. Подобных гениев немного в мире. Нет, я имел в виду другую леди — ту, что так красиво пробежала по ступеням наверх.

— Я не видел ее лица, — удивленно сказал я. — И не понимаю, как вы могли его рассмотреть. Да и она на нас не взглянула.

— Потому я и говорю, что это весьма необычный тип женщины, — благодушно ответил Пуаро. — Женщина, которая входит в свой дом… а я уверен, что это ее дом, поскольку она отперла дверь своим ключом, — и бежит вверх по лестнице, даже не бросив взгляда на двух незнакомцев в холле и не пожелав выяснить, кто они такие, это весьма необычная женщина… это даже неестественное поведение! Черт побери! Что это?

Он резко толкнул меня назад — и как раз вовремя. Прямо на дорожку грохнулось дерево, едва не задев нас. Пуаро уставился на него, бледный и ошеломленный.

— Да ведь мы едва не погибли! Но это грубо, безусловно, слишком грубо… ведь у меня не было подозрений… до этого момента — ни малейших подозрений! Да, если бы не мой острый взгляд, если бы не моя кошачья реакция — мир мог лишиться Эркюля Пуаро! И вас тоже, друг мой… хотя это и не стало бы национальной катастрофой.

— Спасибо, — холодно произнес я. — И что мы будем теперь делать?

— Что делать? — воскликнул Пуаро. — Думать! Да, прямо сейчас и здесь мы начнем упражнять свои маленькие серые клеточки. Начнем с этого мистера Холлидея — а был ли он вообще в Париже? Да, был, профессор Буржоне, который знаком с ним лично, видел его и говорил с ним…

— К чему, черт побери, вы ведете?! — воскликнул я.

— Было утро пятницы. В последний раз его видели в пятницу вечером… но видели ли его?

— Но портье…

— Ночной портье — до того он не видел Холлидея. Вошел какой-то человек, скорее всего даже похожий на Холлидея — уж в этом мы можем довериться нашему Номеру Четвертому, — спросил письма, поднялся наверх, уложил маленький чемоданчик и наутро ускользнул. В течение всего вечера никто не видел Холлидея — да, никто, потому что он уже попал в руки своих врагов. Кто приходил к мадам Оливер, был ли он Холлидеем? Да, был, потому что, хотя она и не знала его в лицо, вряд ли кто-нибудь смог бы обмануть ее с профессиональной точки зрения. Он вошел сюда, поговорил с мадам, вышел. И что случилось потом?

Схватив меня за руку, Пуаро буквально поволок меня назад.

— Теперь, друг мой, вообразите, что сейчас день его исчезновения, и мы ищем следы. Вы ведь любите всякие следы, правда? Смотрите: вот они, следы мужчины, следы Холлидея… он идет быстро, и вдруг — ах! Мы видим другие следы позади, и этот человек тоже спешит… но это маленькие следы, женские… Смотрите, они перекрывают следы Холлидея — следы гибкой молодой женщины под вдовьей вуалью. Простите, мсье, говорит она, мадам Оливер послала меня… Он останавливается, поворачивается. И что дальше делает молодая женщина? Она не хочет, чтобы кто-нибудь заметил их вместе. Конечно, это просто случайность — что она догнала его как раз возле вон того прохода между домами, разделяющего два сада. Она ведет его по этой аллее. Справа — сад виллы мадам Оливер, слева — сад другой виллы… и именно из этого сада, отметьте для себя, упало дерево, чуть-чуть не на нас. Обе калитки — того и другого сада — ведут на аллею. И здесь — засада. Выскакивают люди, хватают Холлидея и тащат в тот странный дом.

— Боже милостивый, Пуаро! — воскликнул я. — Вы воображаете, что видите все это?

— Я вижу это в уме, друг мой. Так, и только так все могло произойти. Идемте, вернемся в дом.

— Вы хотите снова увидеть мадам Оливер?

Пуаро загадочно улыбнулся:

— Нет, Гастингс, я хочу увидеть лицо той леди, что поднялась по ступеням наверх.

Сторінка 10

Назад Далі

1....8 9...11 12...40

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.