Бібліотека Страуса - Анджей Сапковский - Ведьмак - Последнее желание

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 22

— Точно, — слабо улыбнулся Крапивка. — В самое что ни на есть яблочко. То же было у нас с дикими свиньями, которые по огородам повадились лазать. И что? Гляньте в окно. Огороды как на картинке. Отыскался способ, Лилле даже не знает какой. Чего глаз не видит, того сердцу не жаль. Понятно?

— Понятно, — буркнул Геральт. — А как же. Ну и что? Лилле не Лилле, а ваш дьявол — это сильван. Существо чрезвычайно редкое, но разумное. Я его не убью, ибо мой кодекс этого не позволяет.

— Ежели он такой страсть как разумный, — проговорил Дхун, — то попробуйте его на этот самый ум взять.

— И верно, — подхватил Крапивка. — Если у дьявола есть разум, значит, он крадет зерно по-умному. Так вы, милсдарь ведьмак, разузнайте, чего ему надо. Ведь он того зерна не жрет, в кажном разе — не столько. Так на кой ему зерно? Нам назло или как? Чего он хотит? Узнайте и выгоните его из округи каким-нито ведьмаковским способом. Сделаете?

— Попытаюсь, — решился Геральт. — Но...

— А чего?..

— Ваша книга, дорогие мои, устарела. Понимаете, куда я клоню?

— По правде-то, — буркнул Дхун, — не очень.

— Я вам разъясню. Так вот, уважаемый Дхун, уважаемый Крапивка, если вы думаете, что моя помощь обойдется вам в серебряный грош или полтора, то глубоко заблуждаетесь.

5

— Эй!

В зарослях послышался шорох, гневное «ук-ук» и потрескивание жердей.

— Эй! — повторил ведьмак, предусмотрительно спрятавшись. — Покажись-ка, леший!

— Сам ты леший!

— Тогда кто? Черт?

— Сам ты черт! — Козерог выставил голову из конопли, скаля зубы. — Чего надо?

— Поговорить хочу.

— Смеешься или как? Думаешь, не знаю, кто ты такой? Парни наняли тебя, чтоб меня отсюда выкинул, э?

— Верно, — спокойно согласился Геральт. — Именно об этом я и хотел поговорить. А вдруг — договоримся?

— Вон оно что! — проблеял дьявол. — Хочешь отделаться малой ценой?

Без трудов? Со мной такие штучки не пройдут, бе-е-е! Жизнь, человече, это состязание. Выигрывает лучший. Хочешь у меня выиграть, докажи, что ты лучше. Чем болтать-то — давай устроим состязание. Победитель диктует условия. Я предлагаю гонки отсюда до старой вербы на дамбе.

— Не знаю, где дамба и где старая верба.

— Если б знал, я предлагать бы не стал. Люблю состязаться, но не люблю проигрывать.

— Это я заметил. Нет, не станем играть в догонялки. Жарковато сегодня.

— Жаль. Так, может, потягаемся в чем-нибудь другом? — Дьявол оскалил желтые зубы и поднял с земли большой булыжник. — Знаешь игру «Кто громче гукнет»? Чур, я гукаю первый. Закрой глаза.

— У меня другое предложение.

— Ну-ка, ну-ка?

— Ты отвалишь отсюда без состязаний, гонок и гукания. Сам, без принуждения.

— Засунь свое предложение a d'yeabl aep arse, — дьявол проявил знание Старшей Речи. — Никуда я не уберусь. Мне и здесь хорошо.

— Но ты слишком уж тут набезобразничал. Переборщил с шутками.

— Duwelsheyss тебе до моих шуток, — леший, оказывается, знал и язык краснолюдов. — И цена твоему предложению такая же, как и duwelsheyss'у. Никуда я не уберусь. Другое дело, если победишь в какой-нибудь игре. Дать тебе шанс? Поиграем в загадки, ежели не любишь силовых игр. Сейчас я тебе загадку загадаю, если отгадаешь — выиграешь, а я уйду. Если нет — я останусь, а ты уберешься. Ну, напряги мозги, потому как загадка не из легких.

Не успел Геральт возразить, как дьявол заблеял, затопал копытцами, мазнул землю хвостом и продекламировал:

Розовы листочки, пухлые стручочки,

Зреет в мягкой глинке, рядом с ручеечком.

A на длинном стебле в точечках цветок.

Не давай котенку, чтобы он не сдох.

— Ну что это? Угадай.

— Понятия не имею, — равнодушно признался ведьмак, даже не пытаясь подумать.

— Скверно. Ты проиграл.

— А правильный ответ? У чего бывают... хм... в точечках цветочки?

— У капусты.

— Слушай, — проворчал Геральт, — твои шуточки начинают действовать мне на нервы.

— Я упреждал, — захохотал дьявол, — что загадка не из легких. Сорт такой. Что делать, я выиграл, остаюсь. А ты уходишь. Низко кланяюсь.

— Минуточку. — Ведьмак незаметно сунул руку в карман. — А моя загадка? Наверно, у меня есть право на реванш?

— Нету, — запротестовал дьявол. — Чего ради? А вдруг я не отгадаю? За дурака меня держишь?

— Нет, — покачал головой Геральт. — Держу тебя за зловредного, наглого, нахального балбеса. Сейчас поиграем в совсем новую, неизвестную тебе игру.

— Да? Ишь ты! Ну и что же это за игра?

— Игра называется, — медленно произнес ведьмак, — «Не делай другому то, что тебе самому неприятно». Закрывать глаза не обязательно. Геральт наклонился, размахнулся, в воздухе резко просвистел дюймовый металлический шарик и со звоном врезался дьяволу точно между рогами. Сильван рухнул как подкошенный. Геральт щукой скользнул меж жердей и схватил дьявола за косматую ногу. Леший забебекал и взбрыкнул, ведьмак прикрыл голову предплечьем, но у него все равно зазвенело в ушах, потому что дьявол, несмотря на неуклюжую фигуру, лягался с силой разъяренного мула. Геральт попытался ухватить брыкающиеся копыта, но не сумел. Козерог разошелся, заколотил по земле руками и лягнул его снова, на этот раз прямо в лоб. Ведьмак выругался, чувствуя, как нога дьявола вырывается у него из пальцев. Оба они, расцепившись, покатились в разные стороны, с треском выворачивая жерди и запутываясь в побегах конопли. Дьявол вскочил первым и кинулся на ведьмака, опустив увенчанную рогами голову. Но Геральт уже твердо стоял на ногах и легко уклонился, схватил лешего за рог, крепко рванул, повалил на землю и прижал коленями. Дьявол заблеял и плюнул ему в глаза, причем так, что этого не постыдился бы и верблюд, страдающий слюноизвержением. Ведьмак автоматически отступил, не отпуская, однако, дьяволиных рогов. Леший, мотая головой, лягнул его двумя копытами сразу и — что самое удивительное — обоими попал. Геральт дико выругался, но рук не разжал. Поднял дьявола с земли, припер к трещащим жердям и со всей силы долбанул ногой по косматому колену, а потом наклонился и наплевал ему прямо в ухо. Дьявол взвыл и защелкал тупыми зубами.

— Не делай другому... — выдохнул ведьмак, — что тебе неприятно! Продолжаем игру?

— Блеблебле-е-е! — булькал, выл и плевался дьявол, но Геральт крепко держал его за рога и прижимал голову книзу, поэтому плевки попадали дьяволу на собственные копыта, вздымающие тучи пыли и травы. Следующие несколько минут ушли на бурную возню, обмен ругательствами и пинками. Геральт если и мог чему-то радоваться, так исключительно тому, что никто его не видит, ибо картинка была воистину кретинская. Очередной пинок разорвал дерущихся и разбросал их в разные стороны, в гущу конопли. Дьявол снова опередил ведьмака — вскочил и кинулся бежать, заметно прихрамывая. Геральт, тяжело дыша и вытирая лицо, бросился вдогонку. Они продрались сквозь коноплю, влетели в хмель. Ведьмак услышал цокот копыт мчащегося галопом коня. Звук, которого он ожидал.

— Здесь! Лютик! Я здесь! — крикнул он. — Во хмелю!

И тут он увидел над собой грудь лошади, а в следующую секунду на него наехали. Он оттолкнулся от коня, как от скалы, и рухнул навзничь. От удара о землю потемнело в глазах. Несмотря на это, он сумел откатиться вбок, за жерди, уклоняясь от удара копыт. Ловко вскочил, но тут на него налетел другой всадник и снова повалил. А потом вдруг кто-то насел на него, пригвоздив к земле.

И был блеск и пронизывающая боль в затылке.

И тьма.

Рот был забит песком. Когда Геральт попытался его выплюнуть, то понял, что лежит лицом к земле. Когда захотел пошевелиться, понял, что связан. Слегка приподнял голову. Услышал голоса. Он лежал на земле у ствола сосны. Шагах в двадцати стояло несколько расседланных лошадей. Он видел их сквозь перистые папоротники, нечетко, но один из коней, несомненно, был гнедой Лютика.

— Три мешка кукурузы, — услышал он. — Хорошо, Торкве. Очень хорошо.

Молодцом.

— Это еще не все, — сказал блеющий голос, который мог принадлежать только козерогу. — Посмотри на это, Галарр. Вроде бы фасоль, но совсем белая. И какая крупная! А вот это называется рапс. Они из него масло делают.

Геральт крепко зажмурился, потом снова открыл глаза. Нет, это был не сон. Дьявол и Галарр, кем бы он ни был, пользовались Старшей Речью эльфов. Но слова «кукуруза», «фасоль» и «рапс» были произнесены на общем.

— А это что такое? — спросил тот, кого звали Галарр.

— Льняное семя. Лен, понимаешь? Рубахи делают из льна. Гораздо дешевле, чем из шелка, и носится дольше. Способ обработки, кажется, довольно сложный, но я выспрошу, что и как.

— Только б принялся этот твой лен, только б не пропал у нас, как репа, — посетовал Галарр, по-прежнему пользуясь чудным воляпюком. — Постарайся раздобыть новые саженцы репы, Торкве.

— Чего проще, — бякнул дьявол. — Никаких проблем, все растет как на дрожжах. Доставлю, не бойся.

— И еще одно, — сказал Галарр. — Узнай наконец, в чем суть ихнего троеполья.

Ведьмак осторожно приподнял голову и попробовал повернуться.

— Геральт... — услышал он шепот. — Очнулся?

— Лютик, — тоже шепотом отозвался он. — Где мы... Что с нами...

Лютик тихо застонал. Геральт не выдержал, выругался, напрягся и перевернулся на бок.

Посреди поляны стоял дьявол, носивший, как он уже знал, звонкое имя Торкве. Он был занят погрузкой на лошадей мешков, корзин и вьюков. Помогал ему высокий худощавый мужчина, который мог быть только Галарром. Тот, услышав движение ведьмака, повернулся. Его черные волосы заметно отливали темно-синим. На угловатом лице горели большие глаза. Уши заострялись кверху.

Галарр был эльфом. Эльфом с гор. Чистой крови Aen Seidhe — представитель Старшего Народа.

Галарр не был единственным эльфом в пределах видимости. На краю поляны сидело еще шестеро. Один был занят тем, что потрошил вьюки Лютика, другой тренькал на лютне трубадура. Остальные, собравшись вокруг развязанного мешка, усиленно уничтожали репу и сырую морковь.

— Vanadain, Toruviel, — сказал Галарр, движением головы указывая на пленников. — Vedran! Enn'l! Торкве подскочил и заблеял.

— Нет, Галарр! Нет! Филавандрель запретил! Ты забыл?

— Нет, не забыл. — Галарр перекинул два связанных мешка через спину лошади. — Но надо проверить, не ослабли ли петли.

— Чего вы от нас хотите? — простонал трубадур, пока один из эльфов, прижав его к земле коленом, проверял узлы. — Зачем связываете? Что вам надо? Я — Лютик, тру...

Геральт услышал звук удара. Повернулся, выкручивая шею. У стоящей над Лютиком эльфки тоже были черные глаза и буйно опадающие на плечи волосы цвета воронова крыла, только на висках заплетенные в две тоненькие косички. На ней была короткая кожаная курточка, надетая на свободную рубаху из зеленого сатина, и облегающие шелковые брючки, заправленные в сапоги для верховой езды. Бедра обмотаны цветным платком.

— Que glosse? — спросила она, глядя на ведьмака и поигрывая рукоятью длинного кинжала, висящего на поясе. — Que l'en pavienn el'ea?

— Nell'ea, — возразил он. — T'en pavien, Aen Seidhe.

— Слышал? — повернулась эльфка к товарищу, высокому сеидхе, который и не думая проверять узлы Геральта с безразличной миной на вытянутом лице продолжал бренчать на лютне Лютика. — Ты слышал, Ванадайн? Человекообразное умеет говорить! К тому же нагло!

Сеидхе повел плечами. Перья, украшавшие его куртку, зашелестели.

— Еще один повод заткнуть ему глотку, Торувьель.

Эльфка наклонилась над Геральтом. У нее были длинные ресницы, неестественно бледная кожа, обветренные, потрескавшиеся губы. Она носила ожерелье из фигурных кусочков золотистой бронзы, нанизанных на ремешок, несколько раз обернутый вокруг шеи.

— Ну-ка скажи что-нибудь, человекообразное, — прошипела она. — Посмотрим, куда годится твоя привыкшая лаять глотка.

— Тебе что, повод нужен, — ведьмак с усилием перевернулся на спину, выплюнул песок, — чтобы ударить связанного? А так, без предлога, не можешь? Я же видел, тебе это доставляет удовольствие. Ну, успокой душеньку.

Эльфка выпрямилась.

— На тебе я уже душу успокоила, когда у тебя были свободные руки, — сказала она. — Это я прошлась по тебе конем и дала по морде. Знай, что именно я прикончу тебя, когда придет время.

Он не ответил.

— Охотнее всего я б ткнула тебя кинжалом сейчас, глядя в глаза, — продолжала эльфка. — Но от тебя жутко несет, человек. Я прикончу тебя из лука.

— Воля твоя, — пожал плечами ведьмак, насколько это позволяли путы. — Как хочешь, благородная Aen Seidhe. В связанного и неподвижного ты должна бы попасть. Не промахнуться.

Эльфка встала над ним, расставив ноги, и наклонилась, сверкнув зубами.

— Должна, — прошипела она. — И попаду, куда хочу. Но будь уверен, от первой стрелы ты не подохнешь. И от второй тоже. Постараюсь сделать так, чтобы ты чувствовал, что умираешь.

— Не подходи так близко, — поморщился он, изображая отвращение. — От тебя зверски несет, Aen Seidhe.

Эльфка отскочила, качнулась и с размаху пнула его в бедро. Геральт скорчился и сжался, видя, куда она собирается пнуть теперь. Это ему удалось, он получил по ноге, да так, что лязгнули зубы. Стоящий рядом высокий эльф аккомпанировал ударам резкими аккордами на струнах лютни.

— Оставь его, Торувьель, — заблеял дьявол. — Спятила? Галарр, вели ей прекратить!

— Thaess! — взвизгнула Торувьель и пнула ведьмака еще раз. Высокий сеидхе сильно рванул струны, одна с протяжным стоном лопнула.

— Достаточно! Довольно, о боги! — нервно крикнул Лютик, дергаясь в путах. — Зачем ты издеваешься над ним, глупая девка! Оставьте нас в покое! А ты перестань терзать лютню, слышишь?

Торувьель повернулась к нему со злой гримасой на потрескавшихся губах.

— Музыкант! — проворчала она. — Гляньте-ка, человек, а музыкант!

Сторінка 22

Назад Далі

1....20 21...23 24...33

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.