Бібліотека Страуса - Анджей Сапковский - Ведьмак - Последнее желание

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 20

— Просто не верится, что это край света, конец цивилизации, — сказал Лютик. — Только глянь, Геральт. Рожь — что твое золото, а в кукурузе может спрятаться конный. Или вон та репа, посмотри, какая огромная.

— Да ты, никак, дока в сельском хозяйстве?

— Поэты должны знать все, — высокопарно проговорил Лютик. — В противном случае мы компрометировали бы себя. Учиться надо, дорогой мой, учиться. От села зависят судьбы мира, так что надобно разбираться в сельских делах. Деревня кормит, обувает, уберегает от холода, развлекает и поддерживает искусство.

— Ну, с развлечениями и искусством ты немного переборщил.

— А самогон из чего гонят?

— Понимаю.

— Мало понимаешь. Учись. Взгляни, видишь фиолетовые цветы? Это люпин.

— Воще-то это вика, — вставил Крапивка. — Вы что, люпина не видели или как? Но в одном вы правы, милсдарь. Родится здесь все могутно и растет — глядеть приятственно. Оттого и говорят — Долина Цветов. Потому-то и поселились здесь наши деды, сначала вытурив отседова эльфов.

— Долина Цветов, или Дол Блатанна. — Лютик ткнул локтем растянувшегося на сене ведьмака. — Чуешь? Эльфов выгнали, а старое эльфово название оставили, только переиначили на свой лад. Недостаток фантазии. Ну и как вам живется здесь с эльфами, хозяин? Ведь они у вас в горах за межой.

— Не мешаем друг другу. Они сами по себе, мы сами по себе.

— Самый лучший выход, — сказал поэт. — Верно, Геральт?

Ведьмак не ответил.

2

— Благодарим за угощенье. — Геральт облизал костяную ложку и положил ее в пустую тарелку. — Благодарим стократно, хозяин, а теперь, с вашего позволения, перейдем к делу.

— А и верно, можно, — согласился Крапивка. — Как, Дхун?

Дхун, солтыс Нижнего Посада, кряжистый мужик с угрюмым взглядом, кивнул девкам, те быстро собрали со стола посуду и покинули комнату к явному сожалению Лютика, который с самого начала лыбился на них и вызывал смешки своими не совсем пристойными шуточками.

— Итак, слушаю, — произнес Геральт, глядя в окно, из-за которого доносились стук топоров и визг пилы. На дворе шла какая-то работа, резкий смоляной дух проникал в дом. — Говорите, чем могу быть полезен.

Крапивка взглянул на Дхуна. Тот кивнул, откашлялся и сказал:

— Сталбыть так. Есть тут у нас одно такое поле...

Геральт пнул под столом Лютика, который уже собрался съехидничать.

— Поле, — продолжал Дхун. — Я верно глаголю, Крапивка? Долго то поле пустовало, но распахали мы его и теперича сажаем на ем коноплю, хмель, лен. Большое поле, агромадное, глаголю. Аж под самый бор подходит...

— И что? — не выдержал поэт. — Что ж на том поле-то?

— Ну што-што? — Дхун поднял голову, почесал за ухом. — Што? Диавол тама шатается, вот што.

— Что? — фыркнул Лютик. — Что такое?

— Я ж глаголю — диавол.

— Какой дьявол?

— Какой-какой? Диавол, и вся недолга.

— Дьяволов не бывает!

— Не лезь. Лютик, — спокойно сказал Геральт. — А вы продолжайте, уважаемый Дхун.

— Я ж глаголю — диавол.

— Это я уже слышал. — Геральт, если хотел, мог быть чертовски терпеливым. — Перестаньте «глаголить» и скажите, как он выглядит, откуда взялся, чем вам мешает. По порядку, если можно.

— Ну да. Оно конешно. — Дхун поднял руку и принялся отсчитывать с большим трудом, загибая узловатые пальцы, — По порядку, ишь — мудер! Ну, сталбыть, так. Выглядит-то он, мислдарь ведьмак, точь-в-точь как диавол. Ни дать ни взять. Откедова взялся-то? А ниоткедова. Бах, сталбыть, трах, тарарах — глядим: диавол. А мешать-то он нам, правду говоря, не шибко и мешает. Бывает, дажить помогает.

— Помогает? — грохнул Лютик, пытаясь вытащить муху из пива. — Дьявол?

— Не лезь, я же просил. Продолжайте, уважаемый Дхун. И как же он вам помогает, этот, как вы его называете...

— Диавол, — с нажимом повторил войт, — Угу, помогает, а как же: землю удобряет, почву рыхлит, кротов изводит, птиц распугивает, за репой и буряками присматривает. Да и гусениц, что в капусте заводятся, поедает. Хоша, правду сказать, и капусту тоже того — съедает. Но так, не очень, вроде бы шуткует. Одно слово — диавол.

Лютик снова захохотал, потом щелкнул пальцами и выстрелил вымоченной в пиве мухой в спящего у камина кота. Кот открыл один глаз и укоризненно взглянул на барда.

— И однако, — спокойно сказал ведьмак, — вы готовы мне заплатить, чтобы отделаться от того дьявола, так или нет? Иными словами, не хотите, чтобы он обретался в вашей округе?

— А кому ж, — Дхун угрюмо взглянул на него, — хоцца, чтобы диавол сидел у него на поле-то? Это наша землица от дедов-прадедов, по королевской грамоте, и диаволу до нее никаких делов нет. Плевали мы на евонную помочь, што, у нас своих рук нету аль как? И вообче, милсдарь ведьмак, энто и не диавол никакой вовсе, а поганая скотина, и в черепушке евонной, прошу прощения, насрато так, што выдержать нету никакой мочи. Утром не ведаешь, што ему к вечеру в башку взбредет. То в колодец наделает, то за девкой погонится, пугает, грозится ее... это... Ну, в обчем, того... Крадет, милсдарь ведьмак, скот и провизию. Уничтожает и портит, надоедает всем, на дамбе ямы роет, словно крыса какая аль бобр, вода из одного пруда вконец вытекла, и карпы поснули. В стогах трубку курил, сукин кот, пустил по ветру все сено...

— Понимаю, — прервал Геральт. — Значит, все-таки мешает.

— Не-а, — покрутил головой Дхун. — Не мешает. Озорует, вот што.

Лютик, сдерживая смех, отвернулся к окну. Ведьмак молчал.

— Да чего тут болтать, — проговорил молчавший до того Крапивка. — Вы — ведьмак или кто? Ну так наведите порядок с этим дьяволом. Искали работы в Верхнем Посаде, сам слышал. Так вот вам и работа. Мы заплатим сколь надо. Но учтите, мы не хочим, чтобы вы дьявола убили. Уж это точно. Ведьмак поднял голову и нехорошо улыбнулся.

— Интересно. Я бы сказал — необычно.

— Што? — наморщил лоб Дхун. — Необычное условие. Откуда вдруг столько милосердия?

— Убивать не можно, — Дхун еще сильнее сморщился, — потому как в той Долине...

— Нельзя, и вся недолга, — прервал Крапивка. — Поймайте его либо прогоните за седьмую гору. А будем расплачиваться — не обидим. Ведьмак молчал, не переставая усмехаться.

— По рукам? — спросил Дхун.

— Сначала хотелось бы взглянуть на него, на этого вашего дьявола.

Селяне переглянулись.

— Ваше право, — сказал Крапивка и встал. — И ваша воля. Дьявол по ночам гуляет по всей округе, но днем сидит где-то в конопле. Или у старых верб на болоте. Там его можно увидеть. Мы вас не станем торопить. Хочите передохнуть, отдыхайте сколько влезет. Ни удобства, ни еды мы для вас не пожалеем, как того требует закон гостеприимства. Ну, бывайте.

— Геральт, — Лютик вскочил с табурета, выглянул во двор, на удаляющихся селян, — я перестаю что-либо понимать. Не прошло и дня, как мы разговаривали о выдуманных чудовищах, а ты вдруг нанимаешься ловить дьяволов. А о том, что именно дьяволы-то и есть выдумка, что это чисто мифические существа, знает каждый, за исключением, видать, темных кметов. Что должен означать твой неожиданный запал? Бьюсь об заклад, немного зная тебя, ты не снизошел до того, чтобы таким манером получить ночлег, харч и стирку?

— Действительно, — поморщился Геральт. — Похоже, ты меня уже немного знаешь, певун.

— В таком случае — не понимаю.

— А что тут понимать?

— Дьяволов нет! — крикнул поэт, окончательно вырывая кота из дремы. — Нет! Дьяволы не существуют, дьявол побери!

— Правда, — улыбнулся Геральт. — Но я, Лютик, никогда не мог противиться искушению взглянуть на то, чего не существует.

3

— Одно ясно, — проворчал ведьмак, окинув взглядом раскинувшиеся пред ними конопляные джунгли. — Этот дьявол не дурак.

— Откуда такой вывод? — полюбопытствовал Лютик. — Из того, что он сидит в непроходимой чаще? Любому зайцу ума хватит.

— Дело в особых свойствах конопли. Такое большое поле излучает мощную антимагическую ауру. Большинство заклинаний тут бессильно. А вон там, видишь, жерди? Хмель. Флюиды шишек хмеля действуют так же. Ручаюсь, это не случайность. Этот тип улавливает ауру и знает, что здесь он в безопасности.

Лютик откашлялся, подтянул брюки.

— Интересно, — сказал он, почесав лоб под шапочкой, — как ты приступишь к работе, Геральт? Никогда еще не видел тебя в деле. Полагаю, тебе кое-что известно о ловле дьяволов. Я пытаюсь припомнить древние баллады. Была одна о дьяволе и бабе, непристойная, но забавная. Понимаешь, баба...

— Отстань ты со своей бабой, Лютик.

— Как хочешь. Я только думал помочь, ничего больше. А к старым байкам надо относиться уважительно, в них — мудрость поколений. Есть, например, баллада о парне по имени Дурында, который...

— Прекрати. Пора браться за дело. Зарабатывать на еду и тюфяк.

— Что ты собираешься предпринять?

— Пошурую немного в конопле.

— Оригинально, — фыркнул трубадур. — Хоть и не очень.

— Ну а как бы начал ты?

— Интеллигентно, — напыжился Лютик. — Ловко. С облавы, например.

Выгнал бы чертяку из зарослей, а в чистом поле догнал бы его на лошади и заарканил. Что скажешь?

— Очень оригинальная идея. Как знать, может, и удалось бы ее осуществить, если б ты пожелал принять участие, потому что для такой операции нужны по меньшей мере двое. Но пока воздержимся. Для начала я хочу разобраться, что представляет собой этот черт. А значит, надо пошуровать в конопле.

— Эй, — бард только теперь заметил, — а где твой меч?

— А зачем он? Я тоже знаю балладу о чертях. Ни баба, ни парень по имени Дурында мечами не пользовались.

— Хм... — Лютик осмотрелся. — Что, лезть в самую середину?

— Тебе не обязательно. Можешь возвращаться в село и ждать меня там.

— Э, нет, — возразил поэт. — Пропустить такую оказию? Я тоже хочу увидеть черта, убедиться, действительно ли он так страшен, как его малюют. Я спросил, обязательно ли продираться сквозь коноплю, если есть стежка.

— Верно, — Геральт прикрыл глаза рукой. — Есть. Воспользуемся.

— А если это чертова тропа?

— Тем лучше. Не придется много ходить.

— Знаешь, Геральт, — толковал бард, следуя за ведьмаком по узкой, извилистой тропинке в конопле, — я всегда думал, что «черт» просто такая метафора, придуманная, чтобы было чем ругаться. «Черти взяли», «Черт с ним», «Черт знает что» и так далее. Так мы говорим на простом языке. Низушки, видя приближающихся гостей, говорят: «Снова кого-то дьяволы принесли». Краснолюды, ежели у них что-то не получается, причитают:

«Дюввел хоел», а скверный товар называют «дюввелшайсс». А в Старшей Речи есть такая поговорка: «A d'yeabl aep arse», прости за современный акцент, что означает...

— Я знаю, что это означает. Перестань болтать, Лютик.

Лютик замолчал, снял украшенную пером цапли шапочку, помахал ею и вытер вспотевший лоб. В зарослях конопли стояла тяжелая, влажная, душная жара, которую еще больше усиливал висящий в воздухе аромат цветущих трав и сорняков. Тропинка слегка вильнула и сразу за поворотом закончилась небольшой вытоптанной полянкой.

— Глянь-ка? — сказал Лютик.

В самом центре полянки лежал большой плоский камень, на нем — несколько глиняных мисочек. Между мисочками стояла почти полностью догоревшая сальная свеча. Геральт видел прилепившиеся к лепешкам расплавившегося жира зерна кукурузы и бобов, а также другие косточки и семена.

— Так я и думал, — проворчал он. — Ему приносят жертвы.

— И верно, — сказал поэт, указывая на огарок. — И ставят черту свечку. Но кормят его, как видно, зернышками, словно чижика какого. Ну и хлев! Все липкое от меда и дегтя. Что...

Дальнейшие слова барда заглушило громкое блеяние. В конопле что-то запрыгало и затопало, а затем из путаницы растений вылезло самое поразительное существо, какое Геральту доводилось видеть. У существа были вылупленные глаза, козьи рога и борода, и росту в нем было чуть больше сажени. Губы, подвижные, рассеченные и мягкие, тоже наводили на мысль о жующей козе. Нижнюю часть его тела по самые раздвоенные копытца покрывали длинные, густые, темно-рыжие волосы. Кроме того, у него был длинный, оканчивающийся метелкой хвост, которым оно энергично размахивало.

— Ук! Ук! — гукнул чудик, переступая копытцами. — Ну чего надо?

Прочь! Прочь! На рога возьму! Ук, ук!

— Тебе что, козел, когда-то по заду поддали? — не выдержал Лютик.

— Ук! Ук! Бе-е-е-е! — заблеял козерог. Трудно было сказать, что это: подтверждение, отрицание или просто блеяние искусства ради.

— Замолчи, Лютик, — проворчал ведьмак. — Ни слова больше.

— Блеблеблебле-е-е-е! — яростно забулькало существо, при этом верхняя губа у него широко разошлась, являя желтые конские зубы. — Ук! Ук! Ук! Блеублеублеубле-е-е-е!

— Запросто! — кивнул Лютик. — Шарманка и звонок — твои. Когда пойдешь домой, можешь прихватить.

Сторінка 20

Назад Далі

1....18 19...21 22...33

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.