Бібліотека Страуса - Агата Кристи - Пассажир из Франкфурта

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 18

«Се n’est pas un garcon sérieux», – вспомнил сэр Стэффорд Най. Странный критерий для поручения ему сложного и важного задания.

– Должен вас предупредить, – сказал он, – что мой главный недостаток, который бросается в глаза и который стоил мне нескольких престижных должностей, довольно хорошо известен. Я, так сказать, недостаточно серьезен для такой важной работы.

– Хотите – верьте, хотите – нет, – ответил мистер Хоршем, – это как раз одна из причин, по которым они намерены вас привлечь. Я ведь прав, ваша светлость, не так ли? – Он посмотрел на лорда Олтемаунта.

– Государственная служба! – воскликнул лорд Олтемаунт. – Позвольте мне вам сказать, что очень часто одним из самых серьезных недостатков государственной службы является как раз то, что человек на такой службе относится к себе слишком серьезно. Нам кажется, что вы не из их числа. Во всяком случае, так считает Мэри-Энн.

Сэр Стэффорд Най посмотрел в ее сторону. Значит, теперь она уже не графиня, а опять превратилась в Мэри-Энн.

– Вы не возражаете, если я спрошу вас, – обратился он к ней, – кто же вы, в конце концов, на самом деле? Вы настоящая графиня?

– Абсолютно настоящая. Geboren, как говорят немцы. У моего отца прекрасная родословная, он был хорошим спортсменом, великолепно стрелял, и у него был весьма романтичный, но несколько обветшалый замок в Баварии. Замок все еще существует. Поэтому у меня сохранились связи с множеством людей в Европе, которые продолжают кичиться своим происхождением. Обедневшая и обносившаяся графиня первой усаживается за стол, а богатая американка с баснословным банковским счетом вынуждена ждать, когда до нее дойдет очередь.

– А как насчет Дафны Теодофанос? Откуда она взялась?

– Просто удобное имя для паспорта. Моя мать была гречанкой.

– А Мэри-Энн?

Стэффорд Най чуть ли не впервые увидел улыбку на ее лице. Она взглянула на лорда Олтемаунта, потом – на мистера Робинсона и наконец ответила:

– Дело в том, что я как бы служанка на все случаи жизни, езжу туда-сюда, что-то ищу, что-то перевожу из одной страны в другую, выметаю пыль из-под ковра, делаю все, что угодно, езжу куда угодно и улаживаю всяческие недоразумения. – Она вновь посмотрела на лорда Олтемаунта: – Ведь правда, дядя Нед?

– Истинная правда, дорогая. Для нас ты – Мэри-Энн и всегда ею останешься.

– Вы что-нибудь везли с собой в том самолете? Что-нибудь важное для той или иной страны?

– Да, и это было известно. Если бы вы не пришли мне на помощь, если бы не выпили пиво, которое могло оказаться отравленным, и не дали бы мне свой разбойничий плащ для маскировки, то… знаете, несчастные случаи не так уж редки. Меня бы здесь сегодня не было.

– А что вы везли – или нельзя спрашивать? Есть ли что-нибудь такое, чего я никогда не узнаю?

– Есть много такого, о чем вы никогда не узнаете. Есть много такого, о чем вам запрещено спрашивать. Но на этот вопрос я вам отвечу, если мне будет позволено. – Она вновь посмотрела на лорда Олтемаунта.

– Я доверяю твоему мнению, – сказал тот. – Говори.

– Дайте ему снотворное, – посоветовал непочтительный Джеймс Клик.

Мистер Хоршем сказал:

– Полагаю, вам следует это знать. Лично я не стал бы ничего говорить, но, в конце концов, я ведь из службы безопасности. Говорите, Мэри-Энн.

– Всего одна фраза. Я везла свидетельство о рождении. Вот и все. Больше я ничего не скажу, и дальнейшие расспросы бесполезны.

Стэффорд Най оглядел присутствующих:

– Хорошо, я согласен. Я польщен вашим приглашением. И что мы будем делать?

– Завтра, – сказала Рената, – мы с вами отсюда уедем и отправимся на континент. Возможно, вы читали или слышали о том, что в Баварии сейчас проходит музыкальный фестиваль; он проводится всего лишь два года и по-немецки называется довольно внушительно: «Компания молодых певцов». Финансируют его правительства нескольких стран, и он совершенно не похож на традиционные фестивали и концерты, музыка там в основном современная, молодые композиторы получают шанс исполнить свои произведения. Некоторые оценивают этот фестиваль высоко, другие его совершенно не признают и игнорируют.

– Да, – сказал сэр Стэффорд, – я об этом читал. Так мы едем на фестиваль?

– У нас заказаны билеты на два концерта.

– А этот фестиваль имеет какое-нибудь особое значение для нашего расследования?

– Нет, – ответила Рената, – скорее это просто удобный случай его начать. Мы появимся там под простым и понятным предлогом, а потом уедем, чтобы сделать следующий шаг.

Он оглядел собравшихся:

– Будут ли какие-нибудь указания или инструкции?

– Нет, четких указаний не будет, – сказал Олтемаунт. – Вы просто отправитесь на разведку и по мере развития событий будете узнавать что-то новое. Вы поедете под своим собственным именем, зная только то, что знаете сейчас. Вы – просто любитель музыки, дипломат, который немного разочарован, потому что надеялся на какой-то пост в своей стране, но не получил его. Так будет надежнее, иначе вы ничего не узнаете.

– Но основные события происходят именно там? В Германии, Баварии, Австрии, Тироле – в этой части мира?

– Это один из интересующих нас регионов.

– Но не единственный?

– Вообще-то даже не самый важный. На земном шаре есть другие места, и все по-своему важны и интересны. А вот каково их истинное значение, мы и должны выяснить.

– И я не получу никакой информации об этих центрах?

– Только общие сведения. Руководство одного и, как нам представляется, самого важного из них находится в Южной Америке, два других – в США: один в Калифорнии, другой в Балтиморе. Один есть в Швеции, еще один – в Италии, там за последние полгода очень возросла активность. В Португалии и Испании имеются менее крупные центры, и еще, конечно, в Париже. Кроме того, несколько новых центров зарождается в весьма любопытных местах.

– Вы имеете в виду Малайзию или Вьетнам?

– Нет, это уже пройденный этап. Вы должны понять, что сейчас активизируется и поддерживается растущее во всем мире движение молодежи против правящих режимов, против обычаев отцов, часто – против религиозных убеждений, которые они впитали с молоком матери. Насаждается коварный культ вседозволенности, растет культ насилия, насилия не как средства обогащения, но ради самого насилия. Упор делается именно на это, и у людей, которые все затевают, есть для этого весьма серьезные причины.

– Вседозволенность – это опасно?

– Это просто образ жизни, больше ничего. Его ругают, но не чрезмерно.

– А наркотики?

– Культ наркотиков намеренно раздувается. На них делаются большие деньги, но затеяно это все – по крайней мере, мы так думаем – не только из-за денег.

Все посмотрели на мистера Робинсона, который медленно покачал головой.

– Нет, – сказал он, – это просто видимость. Многих арестовывают и отдают под суд, поставщиков этого зелья всегда будут преследовать. Но за всем этим стоит нечто большее, чем торговля наркотиками; это преступное средство добывания денег, но здесь кроется что-то еще.

– Но кто… – начал было Стэффорд Най, но тотчас же оборвал себя.

– Кто, что, почему и где? А вот в том, чтобы выяснить это, и состоит ваша миссия, сэр Стэффорд. Именно это вам предстоит выяснить, вам и Мэри-Энн. Задача нелегка, и помните, что самое трудное в подобных делах – хранить тайну.

Стэффорд Най с любопытством взглянул на мистера Робинсона. Может быть, в этом и заключается причина его господства в мире финансов: его тайна в том, что он хранит свою тайну. Мистер Робинсон снова улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами.

– Когда вам что-нибудь становится известно, то всегда появляется громадное искушение показать свою осведомленность – иначе говоря, желание с кем-нибудь поделиться, и не потому, что вы хотите подарить или продать эту информацию. Просто не терпится продемонстрировать кому-нибудь свою значительность. Да, все очень просто. Вообще-то, – добавил мистер Робинсон, полуприкрыв веки, – в мире все очень, очень просто. Этого-то люди и не понимают.

Сторінка 18

Назад Далі

1....16 17...19 20...44

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.