|
Бібліотека Страуса - Фрэнк Герберт. Под давлением |
| |
Повернутись по переліку книжок автора Сторінка 40 - Что вы хотите этим сказать? - Ты помнишь тот день, когда чуть не сошел с ума у себя в мастерской? Рэмси вспомнил свои страхи, невозможность даже шевельнуться, успокаивающее влияние Спарроу. Он кивнул. - Как бы ты назвал это состояние? - Временный нервный срыв. - Временный? Рэмси удивленно поглядел на Спарроу. - А что общего здесь с нашей проблемой? - Мог бы ты сказать, что твое поведение на борту "Рэма" всегда было разумным? Рэмси почувствовал, как горячая кровь прилила к лицу. - Капитан, а какая машина вы сейчас? - Счетная, - ответил тот. - А сейчас послушай меня, слушай внимательно. Здесь, на подводных буксировщиках, мы, как человеческие существа, обязаны приспосабливаться к огромному психическому давлению, при том оставаясь дееспособными. Мы уже _адаптировались_. Одни в большей степени, другие в меньшей. Одни - по-своему, другие - как-то иначе. Но каким бы ни был способ адаптации, всегда остается одна проблема: с точки зрения людей, живущих давлением, наша адаптация не выглядит как нормальное поведение. - Как вы знаете об этом? - Уж знаю. Как ты сам наблюдал, моя личная адаптация машиноподобна. Рассматривая это в свете обычной человеческой нормальности, вы, психологи, даже придумали для подобной адаптации свой термин. - Расщепление психики, шизофрения. - Вот я и расщепил свою жизнь с точки зрения психики, - сказал Спарроу. - Во мне есть какая-то часть, можешь назвать ее цепью, схемой, которая поддерживает меня здесь, на глубине. Эта часть во мне верит в потусторонний мир, потому что он в ней имеется... Рэмси напрягся. - Но что не дает мне права всегда быть таким; таким, каким, я бываю здесь? - спросил Спарроу. Он потер длинными пальцами свою щеку. - Мне хотелось знать, почему я делаю, поступаю так, а не иначе. Поэтому я стал себя изучать, анализировать, рассчитывать поведение в каждом случае, который только мог представить. Я был совершенно безжалостен к самому себе. Он замолчал. Заинтригованный его словами, Рэмси спросил: - И? - Я понял, что я псих, - ответил Спарроу. - Но мое безумие проявляется так, чтобы наилучшим образом приспособиться к своему миру. Это приводит к тому, что мир делается "психованным", а я нормальным. Не психически здоровым, не здравомыслящим. Нормальным. Приспособленным. - Так вы говорите, что мир шизоиден, расщеплен, фрагментарен? - А разве это не так? - спросил Спарроу. - Где в нем не разрушенные полностью коммуникативные связи? Покажи мне полнейшую социальную интеграцию. Он медленно покачал головой в жесте отрицания. - Все это давление, Джонни. Рэмси на мгновение отвлекся, чтобы поглядеть, как идет кровообмен в теле Гарсии. Он посмотрел на инженера, лежащего под действием наркотика. Лицо у того расслабилось, стало спокойным и миролюбивым. На какое-то время для него давление исчезло. - Мы расцениваем психическое здоровье, как нечто утопическое, - продолжил Спарроу. - Ничто не давит. Ничто не мешает твоему выживанию. Вот почему мы испытываем мечтательную ностальгию по старым добрым Южным морям. Минимум усилий для выживания. - Он снова покачал головой. - Каким бы ни было давление, какой бы ни была адаптация к нему, вашей наукой она всегда определяется как нездоровая. Иногда я думаю, что в этом лежит истинное объяснение евангельской фразы: "Дети наследуют им". Как правило, у детей нет комплексов давления и выживания. Ergo: они более здоровы психически, чем взрослые. - У них есть свои проблемы, свои давления и прессинги, - возразил Рэмси. - Совершенно иного плана, - ответил Спарроу. - Он наклонился, пощупал пульс Гарсии. - Сколько еще крови осталось? - На две перемены. - Уровень радиации? Увидав показания, Рэмси даже недоверчиво дернул головой. - Пятьдесят на пятьдесят. - Он будет жить, - сказал Спарроу. В его голосе звучала абсолютная уверенность, даже непререкаемость. Рэмси почувствовал смутное раздражение. - Черт побери, почему это вы так уверены? - Ты будешь удивлен, когда получше присмотришься к счетчику. - Чудо, что он вообще так долго протянул. - Вопреки намерениям, в голосе прозвучало раздражение. - Правильно, чудо, - согласился Спарроу. - Послушай меня, Джонни. Вопреки всей вашей медицине, всей вашей науке, есть нечто, что люди частенько отказываются признать. - Что именно? Сейчас его голос был уже откровенно враждебным. - Это подобно тому, как иметь Бога в душе, быть в согласии с миром. Действительно, это связано с чудом. Но все довольно просто. Ты входишь в... ладно, в фазу. Механистически можно описать это и так. Ты сливаешься с волной, вместо того, чтобы ее ломать. В голосе Спарроу появилась нотка спокойной отрешенности. Рэмси сжал губы, чтобы не выпалить свои мысли вслух. А над всем этим его психологическое образование и подготовка уже сортировали данные: "Религиозный фанатизм. Фрагментация. Непоколебимая уверенность в своей правоте. Весьма высокая возможность диагноза: параноидальный тип". - Твоя личная адаптация продиктована твоей подготовкой психолога, - сказал Спарроу. - Твоя функция: сохранять возможность действовать. Назовем это нормой. Ты веришь, что я психически нездоров, и в твоем понимании этот диагноз будет абсолютно верным. Таким путем ты наверху, ты управляешь процессом, контролируешь его. Это твой личный путь выживания. Ты можешь направлять меня и управлять мною как истинным животным, каким я и являюсь, но _это я_ выведу тебя туда, где давление уменьшается. - Это бессмыслица, - рявкнул Рэмси. - Психологический нонсенс! Вы даже понятия не имеете, о чем говорите! - Если твой диагноз точен, каким тогда представляется тебе направление моей жизни? - спросил Спарроу. Прежде чем подумать и остановиться, Рэмси выпалил: - Вы совершенно сходите с ума! Совершенно! Внутри у него что-то оборвалось. Спарроу засмеялся, покачал головой. - Нет, Джонни. Я вернусь туда, где давление меньше. Вздохну полной грудью. Сыграю в покер по маленькой в "Гарден Гленн". Нажрусь раз или два, потому что от меня этого ждут. Еще раз переживу медовый месяц с женой. А она будет со мной мила. И будет сильно сокрушаться из-за того, что подгуливает, пока я далеко от дома. Это ее личная адаптация. Меня это уже не волнует. Рэмси уставился на него. - Ну и, конечно же, будет масса новых удивлений. Зачем это все вокруг? Что представляем собою мы - человеческие животные? Есть ли смысл во всем этом? Но у меня очень крепкие корни, Джонни. Я уже видел чудеса. - Он склонился над Гарсией. - Мне известны последствия событий еще до того, как те произойдут. Это дает мне... На аппарате искусственного кровообращения загудел сигнал. Рэмси отключил перекачку крови. Спарроу обошел кровать, отсоединил венозные и артериальные иглы. - Шестьдесят на сорок, - сообщил Рэмси. - Через двадцать два часа мы будем в Чарлстоне, - сказал Спарроу и поглядел на Рэмси. - Что ты собираешься рассказать парням адмирала Белланда про Джо? - Не могу вспомнить ничего такого, что я мог бы рассказать им про Джо. Губы Спарроу медленно растянулись в улыбку. - Вот это и есть нормально, - сказал он. - Не разумно, но нормально. Рэмси только засопел. "Почему я так раздражен?" - спросил он у самого себя. А его подготовка психолога тут же подсунула ответ, от которого нельзя было отмахнуться: "Потому что не повернулся лицом к чему-то в самом себе. Существует нечто, чего я не хочу видеть". - Давай поговорим о Хеппнере, - предложил Спарроу. Рэмси чуть не заорал: "Господи! За что?!!" - Он тоже пришел к мысли о психической нормальности, - продолжил Спарроу. - И однажды ему стало ясно, что я не совсем психически здоров. Тогда он стал размышлять дальше: а что такое психическое здоровье? Он рассказывал о некоторых своих мыслях. Внезапно он открыл, что не может дать этому определения! И это привело его к тому, что сам он посчитал себя несколько тронутым. - Так? - прошептал Рэмси. - Он подал рапорт о переводе из службы подводных буксировщиков. Мне он подал прошение об уходе, когда вернемся на берег. Это было в тот последний наш поход. Рэмси сказал: - И он поплыл сам. Спарроу кивнул: - Он сам себя уговорил, что у него нет якоря, нет точки отсчета, куда можно было бы плыть. Рэмси чувствовал внутреннее возбуждение, как будто находился на пороге великого открытия. - И поэтому, - продолжал Спарроу, - мне следует готовить нового офицера-электронщика. Тебе надо возвращаться в ПсиБю, где находятся твои корни. Там тот океан, в котором ты знаешь пути. Рэмси уже не мог сдержаться, чтобы не спросить: - А как вы определяете душевное здоровье, капитан? - Возможность плавать, - ответил Спарроу. Рэмси почувствовал холодный шок, будто его внезапно кинули в ледяную воду. Изо всех сил он заставлял себя дышать нормально. Голос Спарроу доносился до него как бы с огромного расстояния: - Это означает, что душевно здоровый человек понимает течения, он знает, что надо делать в различных водах. Рэмси слышал тяжелые удары грома, совпадающие с прозаичным, сухим тоном Спарроу: - А психически больной похож на тонущего. Он падает вниз, барахтается, он... Джонни! Что случилось? Рэмси слышал слова, но они теряли для него смысл. Комната превратилась во вращающуюся центрифугу, в которой он был на краю... быстрее... быстрее... быстрее... Он ухватился за аппарат искусственного кровообращения, не удержался и свалился на пол. Какая-то часть его самого чувствовала чьи-то руки на лице, пальцы, нажимающие на глазные яблоки. Гремящий голос Спарроу, будто из трубы: - Обморок! Бум! Бум! Бум! Бум! шаги хлопание двери звон стекла Он плыл в желеобразном гамаке, сковывающем все его тело. Перед глазами открылась миниатюрная сцена. Спарроу, Гарсия и Боннет стояли плечом к плечу, кукольные фигуры, освещенные миниатюрной, лилипутской рампой. Марионетки. Пустым, монотонным голосом миниатюрный Спарроу сказал: - Я коммандер, подводник, портативный, модель I. Миниатюрный Гарсия сказал: - Я офицер-инженер, подводник, портативный, модель I. Миниатюрный Боннет сказал: - Я первый офицер, подводник, портативный, модель I. Рэмси попробовал было что-то сказать, но губы его не слушались. На кукольной сцене Спарроу сказал: - Я ненормален, ты ненормален, он ненормален, мы ненормальны, они ненормальны. Гарсия сказал: Сторінка 40 Назад Далі Перейти на сторінку: |
|
Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом. |