Бібліотека Страуса - Фрэнк Герберт. Под давлением

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 36

- Это он режиссер всего спектакля. Знаешь ты это или нет, но это он следит за ходом сценария.

Рэмси подавил неприятное чувство беспокойства.

- И поэтому ты не хочешь меня выдавать?

- Естественно, ты правильно все понял. - В голосе Гарсии появились низкие, звенящие злостью нотки. - А теперь делай мне следующий укол и уматывай к чертовой бабушке! Меня уже начинает доставать твое чувство превосходства.

Рэмси почувствовал, как кровь бросилась ему в лицо. Он пару раз глубоко вздохнул и встал на ноги.

Гарсия делано перевернулся на живот и прохрипел, прижав губы к подушке:

- На этот раз, старик, в левую ягодицу. Только не разряди на мне свою злость.

Рэмси прошел к шкафчику с препаратами, вернулся со шприцом и сделал укол.

- Совсем не больно, - удивился Гарсия. - У тебя железные нервы.

Рэмси прошел к кровати, положив шприцы на место.

- Так какое чувство превосходства? - требовательно спросил он.

Гарсия перекатился на спину, скорчил гримасу, и сказал:

- Я не имею в виду, что тебе не нравится Лес или я, но, ради Бога, жизнью своей ты обязан...

- Хватит! - прорычал Рэмси. - Ты говорил здесь о превосходстве. Любой придурок будет говорить тут о превосходстве...

- Ну ты и сказанул. У всех нас есть свои маленькие недостатки. В том числе и у юного энсина...

- Ты имел в виду нечто другое, - нахмурился Рэмси.

- Да, имел, - согласно кивнул Гарсия. - Скорее всего, ты просто хотел стать в нашей банде своим. Вопреки... - он замолк.

- Вопреки чему?

- Своей второй работе.

- Может и потому... - ответил Рэмси.

Гарсия отмахнулся.

- Я никогда над этим не задумывался. Но в этом есть смысл. Вы, психмены, должны быть чертовски одинокими. Все ваши приятели - не по профессии - всегда настороже, чтобы не попасться к вам же в когти.

Рэмси сунул руки в карманы брюк.

- С чего это такое плохое мнение о психологах?

- Наблюдал за вашими операциями, док.

Рэмси фыркнул.

- Ты же никогда не видел, как я провожу операции. - Он подвинул стул к кровати Гарсии и уселся. - Ты хотел поговорить серьезно.

Гарсия приподнялся на локте.

- Смотри, старина, я действительно...

- Твоя тайна вышла наружу, - сказал Рэмси.

Гарсия побледнел.

- Что... ты... имеешь... в виду?

- Сейчас ты ведешь себя и действуешь, как человек под страхом лишения жизни, более ужасным, чем даже страх перед смертью. Ты пытаешься изобразить из себя жертву, как будто тебя собираются наказывать... - Рэмси замолк и пристально поглядел на Гарсию.

- Ну?

- До этого я как-то не обращал на это внимания. Джо, ты связан каким-то образом со смертью лейтенанта из Безопасности?

Гарсия упал на подушку.

- Нет.

- И даже косвенно?

- Я ничего не знал о нем, пока мы не нашли тело.

Рэмси уже собрался кивнуть, но тут к нему пришла мысль: "Погоди, ведь это не прямой ответ. Это только увертка, отговорка, похожая на ответ". Он сказал:

- Ты предпочитаешь лгать косвенным образом?

Гарсия уставился в потолок, губы сомкнулись в твердую линию.

- Ладно, Джо. Поговорим о чем-нибудь еще.

- А почему бы не поговорить о тебе самом?

- Ты для меня слишком приятный собеседник. Скажи, Джо, только не как психологу, что просматривается через твою притворную стенку неадекватной агрессивности...

- Вот посмотри, парень. - Гарсия повернул голову на подушке так, чтобы глядеть прямо на Рэмси. - Вот ты пришел за мной, когда я ремонтировал "слизняка". С твоей стороны это был напрасный, бойскаутский поступок, если можно так выразиться, и я поблагодарил тебя, когда мы возвратились, но...

- Поблагодарил меня?

- А, я и забыл, ты свалял дурака с напором моющего средства, и при этом твоя аппаратура связи отключилась. Бывает. Так вот, тогда я сказал нечто вроде того, что поступок твой был ненужным. В случае опасности я мог бы выбраться из "слизняка", прорубил бы стенку... Так что мы...

- С чем ты мог выбраться?

- Не понял.

- Перед тем, как надеть гидрокостюм, ты вывернул карманы. Твой нож оставался здесь, в шкафчике, когда я был готов выйти наружу. Так с чем ты собирался прорваться из "слизняка" - с куском пластыря?

Смуглое лицо Гарсии побледнело.

- Валяй, продолжай, - предложил Рэмси.

- Ты выстроил свою роль еще круче, чем даже собирался вначале, Джонни. Кто писал для тебя сценарий?

- Все потому, что ты никогда не видел моих операций. А сейчас я хочу задать тебе вопрос. Хотелось бы получить прямой ответ и немедленно. Хорошо?

Гарсия слабо усмехнулся.

- Договорились.

- Что есть в этой службе, что по-настоящему "давит" на подводника?

- Ничего на нас не давит, - ответил Гарсия. Мы любим свою работу. Во всем мире ничего не может сравниться с подводными буксировщиками. Ты будто играешь с пантерой, ловя ее за хвост.

- Я серьезно, Джо. Я ищу нечто внутри тебя, что закупорено и не может найти выхода. Мне кажется, я знаю, что это такое, только хотелось бы услыхать об этом от кого-нибудь еще. Например, от такого, как ты, что разбирается и в людях, и в подлодках. Мне кажется, что раньше мы искали не в том направлении.

- Что ты хочешь знать?

- Я не собираюсь тебе подсказывать. Хочу знать, что есть такого в этой службе, что по-настоящему жжет твою задницу, о чем вы предпочитаете не говорить даже среди своих.

Гарсия снова оперся на локоть. Он поморщился, когда двинул рукой, куда перед тем делались уколы.

- Хорошо, Джонни-малыш. Ты заслуживаешь прямого ответа хотя бы за то, что парень ты наблюдательный: нож и все такое. Ты видел, как мы уходили в плавание?

- Да.

- Выползали, как змеи. Тебе могло показаться, что так заведено.

- Это требования Безопасности.

- Да к чертовой матери Безопасность. Или эти тупицы до сих пор представляют, будто "восточные" понятия не имеют о размещении наших баз?

Рэмси покачал головой.

- Ну ладно, допустим, Безопасность уверена, что "восточные" знают, _где находятся_ наши базы. Если они получили наше шифрованное послание, они подтвердят эту уверенность.

- Они и без того знают об этом. Все эти игры в "казаки-разбойники" - это для придурков. Единственная причина, по которой стаи "восточных" не сторожат выходы из всех наших пяти баз - это морское и воздушное патрулирование.

- Пяти?

- Пять баз, Джонни. Об этом знает любой подводник. Знают капитаны, значит знают и моряки. Это лишь Безопасность может умалчивать...

- Я тебя не понимаю, Джо. Извини.

- Джонни, скажем, ты единственный на борту умеешь управлять кораблем. Остальные разбираются в чем-то остальном. Допустим, в реакторах. Для тебя, Джонни, вопрос жизни и смерти знать, что медцентр по лучевой болезни находится на другом конце Чарлстонского короткого тоннеля, что тоннель этот выходит в Чарлстонскую бухту уже за молом, в сотне футов слева...

- Я понял, что ты имеешь в виду. Значит, у нас пять баз.

- Вообще-то было шесть. Но "восточные" устроили диверсию на одном из наших подводных крейсеров, и тот взорвался, проходя тоннель - как проходили и мы сами. Сейчас мы имеем там кратер Тела Христова...

- Погоди! - Рэмси потряс головой. - Но ведь это была "восточная" ракета!

- Дерьмо собачье! И от него так просто не отмоешься, Джонни. Невозможно объяснить, каким образом эта ракета пробила нашу "совершеннейшую" автоматизированную систему защиты и плюхнулась прямиком в тоннель.

- Как это, в тоннель?

- Джонни, я был там. Как и другие ребята-подводники. Пусть Безопасность вешает лапшу на уши кому другому, только не нам. Ты не скажешь мне, как это ракета, наводимая из Сибири, пусть даже и случайно попадает в Техасе прямиком в яблочко? Уж слишком притянуто за уши.

Он откинулся на подушку.

- Допустим, что я согласен с твоими доводами, - сказал Рэмси. - Но как быть с моим главным вопросом?

- Ты все еще собираешься влезть в мои мысли?

- Я хочу получить ответ на свой вопрос.

Гарсия уставился в потолок.

- Ладно, Джонни. На твой вопрос можно ответить приблизительно следующее: во всех службах есть люди - не только на подводных лодках - которые настолько больны от войны - войны год за годом, год за годом - настолько больны от вечного страха, что им уже безразлично что-то другое. Смерть? Старинная подруга, живущая по-соседству, за переборкой. И предпочтительным становится уже совершенно противоположное. Например, хочется плевать на свои обязанности, хочется, чтобы выиграла другая сторона. Пусть побеждает кто угодно, лишь бы остановить, прекратить это дело - кровавое, глупое и бесконечное.

Голос его затих, и Гарсия отвернулся, уставившись в стенку.

- Но ведь это же безумие, - прошептал Рэмси.

- Вот именно, - тихо сказал Гарсия. - Не станешь же ты доказывать, что война дело разумное. Ведь мы люди, что бы это ни значило. Если безумие - это образец для поведения, тогда все мы и ты мало кого найдем, кто понимал бы это противоречие. И вот тогда небольшие остатки здравого смысла, когда везде льется кровь, будут проявляться совершенно иным образом.

- Каким?

- Как у нашего капитана. Ты видел, как он молился за души тех, кого убил. Вот это и есть остатки здравого смысла, нормальности. Ты можешь почувствовать это. - Он устремил горящие глаза на Рэмси. - Ты когда-нибудь думал про то, какие они - эти парни? Черт побери! Не могут же они слишком отличаться от нас! У них есть жены, дети, любимые, надежды и страхи. Я точно знаю, имеются люди, которые думают про эту долбаную войну то же самое, что и мы, их враги. - Голос его стал громче. - Ничего! Главное - сказать. Это как боль в груди, которая никак не кончается, а только накапливается и накапливается.

- Джо, спокойней.

Гарсия расслабился.

- Все в порядке.

- Это все военный синдром, давление войны, - сказал Рэмси. - О чем-то подобном я и думал. - Он вздрогнул. - Нет, скорее всего ты говоришь о том же самом.

- Каком том же?

- Каким-то образом это может быть связано с инстинктом смерти.

- Ой, для таких, как я, это слишком заумно.

- Я этого не говорил.

Сторінка 36

Назад Далі

1....34 35...37 38...43

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.