Бібліотека Страуса - Гарри Гаррисон - Стальная Крыса-1. Рождение Стальной Крысы
|
|
Бібліотека Страуса - Гарри Гаррисон - Стальная Крыса-1. Рождение Стальной Крысы |
| |
Повернутись по переліку книжок автора Сторінка 17 – Отлично. С учетом инфляции пятисот гроутов тебе хватит. Держись со мной, парень, и ты получишь свое хозяйство. А теперь топай-ка на кухню и тащи еду, а я пока займусь планом действий. Все это представлялось шахматной партией, которую разыгрываешь в уме. Дебют был практически очевиден. Если разыграть его по нотам, то партия обязана закончиться полной победой. И я сделал первый ход. Капо Димонте развалился на троне – усталый, как и все мы, с покрасневшими глазами и бутылкой вина в руке. Я протолкался сквозь толпу офицеров, окружавших его. Он мрачно глянул на меня и махнул рукой: – Уходи, солдат. Награду ты получишь. Я помню, ты отлично поработал сегодня. Но оставь меня, мне надо все обдумать… – Затем я сюда и пришел, капо. Чтобы рассказать тебе, как разгромить Доччи. Я служил у него и знаю многие его секреты. – Говори. – Только наедине, капо. На мгновение он задумался и махнул рукой. Остальные, недовольно ворча, вышли. Пока двери за ними не закрылись, капо прихлебывал вино. – Ну, выкладывай. И побыстрее, а то у меня плохое настроение. – У всех плохое. То, что я хотел рассказать без свидетелей, пока не имеет отношение к капо Доччи. Пока. Ты его разгромишь, в том нет сомнений. Но для этого надо привлечь на свою сторону капо Динобли со всеми его секретами. Что может быть лучше, когда во время нашего штурма все защитники крепости окажутся спящими? – Не ври, Динобли соображает в таких вещах не больше, чем я. Да к тому же он еле ходит и последний год вообще лежит в постели. – Я слышал. Но те, кто использует его крепость в своих целях, те, на кого пошли войной Черные монахи, – они-то понимают. И именно они помогут тебе. При этих словах он выпрямился, глаза его заблестели, как у старого интригана. Коим, впрочем, он и был. – Отлично. Ты и отправишься к ним. Посули им долю от добычи – ты, кстати, тоже ее получишь, если провернешь это дело. Иди и от моего имени обещай им все, что сочтешь нужным. Еще до конца этого месяца Доччи будет жариться на моем вертеле, его тело будет истерзано раскаленными гвоздями, голова… Он продолжал разглагольствовать в том же духе, но мне это уже было неинтересно. Я сделал первый ход – пешкой. Теперь пора вводить в бой силы покрупнее. Я откланялся, оставив капо бормотать проклятия, размахивать руками и расплескивать вино. Слишком уж эти ребята неуравновешенны. Дренг уже собрал наши скудные пожитки, и мы немедленно отправились в путь. Пока крепость не скрылась из виду, мы шли по дороге, а затем свернули к протекавшему неподалеку ручейку. Там, возле него, был лужок, куда мы и направились. – Здесь мы останемся до утра. Я хочу отдохнуть и все хорошенько обдумать. Надо быть в форме. Ночной сон освежил мой мозг, и все вроде бы встало на свои места. – Дренг, – сообщил я парню, – это будет операция для одного человека. Мне неизвестно, какой прием я встречу, возможно, мне придется выбираться оттуда с боем. В общем, там мне может оказаться не до тебя. Возвращайся в крепость и жди меня там. Стучаться в ворота не пришлось, там стояли двое здоровенных стражников. Я пересек поле, миновал останки боевых машин монахов, которые уже успели покрыться рыжим налетом ржавчины, и ступил на мост. И, старательно держа ружье стволом вниз, подошел к охране. – У меня важное сообщение к тому, кто здесь распоряжается. – Проваливай-ка, – меланхолично ответил тот, кто повыше, при этом он наставил на меня ружье. – Капо Динобли никого не принимает. – Да мне дела нет до капо, – сообщил я, заглядывая через головы охраны во двор. А там как раз проходил человек в грубой одежде. В совсем обыкновенной одежде. Вот только под драными отворотами штанов блестели пластиковые башмаки. – Желаю капо доброго здравия, – заговорил я, повысив голос. – Надеюсь, он регулярно принимает нейростимуляторы и его осматривает хороший геронтолог. Стражник в недоумении зарычал, но мои слова предназначались вовсе не для его ушей. А человек, пересекавший двор, остановился как вкопанный. И медленно повернулся в мою сторону. На вытянувшемся лице горели пронзительные голубые глаза. Он молча оглядел меня, подошел и заговорил со стражниками – по-прежнему изучающе рассматривая меня: – В чем тут у вас дело? – Да ерунда, ваша честь. Лезут тут всякие. – Пропустите-ка его. Хочу его кое о чем порасспросить. Стража взяла на изготовку, и я прошел в ворота. Когда мы отошли настолько, что нас не могли услышать, человек обернулся ко мне и еще раз оглядел с немалым удивлением. – Иди за мной. Хочу говорить с тобой с глазу на глаз. И не проронил больше ни слова, пока мы не вошли в комнату и не заперли дверь за собой. – Ты кто? – начал он с естественного, но слишком уж прямолинейного вопроса. – Знаете, я хотел спросить о том же самом вас. Лиге, например, известно о вашей деятельности на этой планете? – Лиге?! Разумеется! Это же вполне законный… – И тут он осекся. Помедлил, улыбнулся и продолжал: – Ну, это, во всяком случае, говорит о том, что ты с другой планеты. А ну-ка, присаживайся да рассказывай. А потом я решу, что именно я могу сообщить тебе о нашей работе. – Что же, справедливо, – кивнул я и рухнул в кресло, а ружье положил на пол. – Итак, меня зовут Джим. Я был в экипаже венианского корабля, у меня возникли нелады с капитаном, и он высадил меня на этой вот чужой планетке. Вот и все. Он взял блокнот и принялся записывать. – Тебя зовут Джим, а фамилия твоя… Я промолчал. Он нахмурился. – Ладно, пока оставим. Как звали капитана? – Думаю, сэр, пока придержать эту информацию. Пока вы не объясните мне, кто же вы. Он отложил блокнот в сторону и откинулся в кресле. – А что я могу рассказать тебе, так и не зная, кто ты? Как ты попал на Вению? Как называется столица твоей планеты? Как зовут депутата Галактического Совета от твоей планеты? – О, все это было так давно, что я забыл… – Не лги. Ты такой же венианец, как и я сам. Пока я не узнаю больше… – А что вы хотите узнать? Меня зовут Джим, я подданный Лиги, в детстве меня было не оттащить от тривизора, всю жизнь я обедал у Максвина – оборот сорок два миллиарда, распространены по всей Галактике, – изучал молекулярную электронику, и еще у меня «черный пояс» по кемпо. Этого хватит? – Возможно. Но ты сказал, что тебя высадили на эту планету с венианского корабля. А это – ложь. Контакты со Спайовентой запрещены. – А это был незаконный контакт. Венианский грузовик привез сюда оружие. Это, например. А вот это его уже сильно заинтересовало. Он немедленно схватил блокнот. – Имя капитана… Я молча покачал головой. – Эту информацию вы получите, если организуете мой отлет отсюда. А сделать это вы в состоянии, поскольку, судя по вашим словам, находитесь здесь с ведома Лиги. Так что давайте торговаться. У меня в наличии достаточное количество гроутов, чтобы оплатить себе обратный билетик. Вы окажете мне небольшую помощь в решении одной совершенно частной проблемы, а я назову вам имя капитана. Все это ему пришлось не по душе. Он напряженно размышлял, будто извиваясь на крючке, но соскочить с него так и не смог. – Ну ладно, пока вы все это обдумываете, – предложил я, – расскажите хотя бы, кто вы и чем тут занимаетесь. – Ты должен пообещать, что не откроешь этих сведений местным. Наша операция может оказаться успешной, если ее детали останутся в тайне. – Обещаю, конечно. Никому из местных я ничем не обязан. Он сцепил пальцы и снова откинулся в кресле, будто вознамерившись прочесть лекцию. Увы, мое предположение оказалось верным. – Я – профессор Ластиг, из Елленбогенского университета, где занимаюсь прикладной социоэкономикой. Должен сказать, что отделение прикладной социоэкономики и создано мной, поскольку наука это относительно новая, достаточно недавно отделившаяся от социоэкономики собственно… Я заморгал – чтобы не осоловеть и не заснуть. Вот из-за таких-то учителей и я дал деру из школы… – …Годы трудов и переписки, чтобы добиться осуществления нашей мечты. Практического приложения наших теорий. Труднее всего было убедить чиновников Лиги – виной всему принцип невмешательства. В общем, нам удалось их убедить, и они позволили осуществить этот проект при условии особых мер контроля. Кто-то мрачно пошутил – ну, хуже, чем там есть, мы все равно сделать не сумеем. То есть мы проводим операцию на уровне технологического развития этой планеты, из чего следует, что наш план будет работать и тогда, когда мы отсюда уйдем. – Что же конкретно вы делаете? – вмешался я. Тот запнулся. – Как?! Но я же только об этом и говорю? – Простите, профессор, но вы излагаете мне теорию. Не могли бы вы мне пояснить, чего вы хотите добиться? – А, ну если вы хотите вести разговор в обывательских терминах… Что ж, извольте… Мы рассчитываем изменить саму основу местного общества, ни больше и ни меньше. Вывести эту планету из примитивного состояния с помощью кнута, пряника, чего угодно. После раскола Спайовента пришла к весьма отвратительной форме военного феодализма. Вообще военный феодализм выполняет важную роль в эпохе раздробленности. Он поддерживает общую структуру власти, позволяет различным этническим группам защищать и сохранять себя… – Что-то я тут не приметил ни защиты, ни охраны. – Именно. Потому-то военные феодалы и должны уйти. – Отлично. Рассчитывайте на меня – с превеликим удовольствием ухлопаю парочку! – Насилие – это не наш метод. Оно не только отвратительно, но и запрещено для всех подданных Лиги. Наша задача тут состоит в создании независимого правительства. Для этого мы стимулируем развитие промышленности. Это повлечет за собой интенсификацию денежного обращения и положит конец натуральному обмену. Накопив капиталы, правительство сможет ввести систему налогов, и те пойдут на содержание общественных служб. Для этого, разумеется, придется создать институт права. Что будет стимулировать централизацию, рост коммуникативности, развитие общественного сознания. Звучало все это просто великолепно – хотя налоговую систему я, например, люблю не слишком. И с институтом права у меня отношения напряженные. Но все же лучше, чем капо. – В теории все выглядит прекрасно, – согласился я. – Но как вы сможете осуществить все это на практике? – О, просто! Предлагая более качественные услуги по более низким ценам. Потому-то Черные монахи и решили напасть на нас. Религиозны они не больше, чем моя шляпа. Орден просто служит для сохранения монополии на технологию. А мы эту монополию ломаем, и, понятно, им это не по нраву. – Очень хорошо. Ваш план замечателен, и я желаю вам всяческих удач. Но мне необходимо еще кое-что сделать перед тем, как выбраться из этого отхожего места. Чтобы помочь вам в деле разрушения монополии на технологию, я готов приобрести у вас партию усыпляющего газа. – Это невозможно. На сделки подобного рода мы не имеем права идти. Кстати, я уже вызвал стражу – ты останешься здесь. Потому что слишком много уже знаешь о нашей деятельности. Глава 27 Мозг еще только переваривал сказанное профессором, а тело – уже действовало. А именно: перескочило через стол, руки слегка сдавили шею господина Ластига, и тот обмяк в кресле. Не следовало бы ему так легкомысленно пропускать мимо ушей информацию о моем «черном поясе». Ну вот, едва он потерял сознание, я уже был возле двери – и вовремя. Как только я задвинул засов, ручка пошевелилась. А теперь, Джим, руки в ноги, как ты умеешь, посоветовал я себе. Вот только вначале надо проверить, нет ли у этого двуличного академика чего-нибудь интересного. В столе, во всяком случае, были только книги и папки, ничего из этого мне пока не требовалось. Я вывалил содержимое всех ящиков на пол – ничего интересного так и не нашлось. В дверь уже принялись стучать, так что надо заняться самим профессором. В карманах обнаружилась лишь связка каких-то ключей. Сунул их в карман – авось пригодятся. Схватил ружье и кинулся к окну – весьма своевременно, поскольку в дверь бухнули чем-то тяжелым. Так, второй этаж, двор вымощен булыжником. Прыгну – сломаю ноги. Я осмотрел стену и моментально преисполнился любви к местным каменщикам, совершенным неумехам – вот в том-то и дело! Между камнями зияли огромные щели. Дверь уже поддавалась под ударами, я выбрался за окно, засунул ружье за пояс сзади и стал спускаться. Что оказалось весьма просто. Не добираясь до самой земли, я спрыгнул, сделал кувырок – несколько неосмотрительно, поскольку ружье врезалось в спину, вскочил и бросился за угол здания. В окне еще никто не появился. Свобода! Опять свобода и снова – совершенно замечательная. Свобода в центре вражеской крепости, где все – против меня. «Да, свобода! – Я стиснул зубы, расправил плечи и подпустил важности своей походке. – Да, свободен, как только может быть свободна Стальная Крыса! Вперед, Джим, неужели ты не сумеешь подобрать замка к связке ключей, которая бренчит у тебя в кармане?!» Да вот, так уж жизнь устроена, что лучшие советы в жизни ты даешь себе сам. Я прошел аркой и вышел во двор. Там болтались люди, но особого внимания на меня они не обратили. Это пока не объявили тревогу, а объявят – мигом кинутся меня искать. Глядя прямо перед собой, я отправился в дальний угол двора, в сторону какого-то массивного здания. Потому что в его стене виднелись массивные ворота и рядышком маленькая дверца. Подходя, я увидел, что и ворота, и дверь снабжены вполне современными замками. Очень любопытно будет поглядеть, что у них там спрятано. Главное, подобрать ключик. Стараясь вести себя по-свойски, я подошел к двери и принялся перебирать ключи. Их было штук двадцать. Замок, несомненно, фирмы Болгер, у меня глаз на такие вещи наметан. Теперь остается найти хорошо знакомый ключик. – Эй, ты что тут делаешь? Вопрос задал какой-то здоровенный детина, небритый, с покрасневшими глазенками. За поясом у него имелся здоровенный кинжалище, по рукоятке которого он нервно барабанил пальцами. – Не видишь, что ли? Дверь открываю, – отозвался я. – Это тебя, что ли, послали мне в помощь? Тогда подержи. И передал ему свое ружье. Он уставился на ружье, что принесло мне несколько дополнительных секунд, и я вставил ключ в замок. Но ключ не повернулся. – Никто меня не посылал, – наконец произнес детина, продолжая разглядывать ружье. Что-то оно его сильно заинтересовало, кажется, он пытался понять, зачем ему его отдали. Я прервал многотрудный ход его мыслей: – Ладно, раз уж ты все равно здесь, то поможешь… – Уф, второй ключ подошел. Дверь отворилась, я повернулся, сжал кулак и использовал его по назначению, подхватил из рук падающего свое ружьишко и ступил внутрь. – Эй ты, стоять! Кто это там разорался – мне было совершенно неинтересно. Да и вообще, грубости в свой адрес я игнорирую, так что осталось войти внутрь и закрыть дверь за собой. Я это сделал и осмотрелся, немедленно ощутив приступ жуткого отчаяния. Никакой надежды. В этом гигантском, плохо освещенном помещении стояли паровики. Пять штук. Вот было бы прекрасно сесть на такой и дать деру! Замечательно. Сначала развести огонь, принести дровишек, поднять пар. Простенькая процедура, занимает не больше часа. Так что ежели меня никто не потревожит, через часок я смогу запустить механизм и гордо выехать во двор со скоростью среднего пешехода. Но когда мои глаза свыклись с полумраком, я понял, что это не совсем обычные паровички – у тех были деревянные колеса с железными ободами, а у этих – шины-дутики. Что же это, новая модель? Или просто инопланетная техника, замаскированная под древние развалюхи? Я подбежал к ближайшему и вскарабкался на водительское кресло. Все те же здоровенные рычаги управления и прочие маховики, но и – незаметное снизу мягкое кресло и обычная (для меня обычная!) приборная доска. Вот это уже другое дело! Сунув ружье под кресло, я расположился поудобнее. Тут был даже ремень безопасности, предосторожность мудрая, но в данный момент совершенно излишняя. Так, зажигание, спидометр, переключатель передач. И еще несколько неизвестных мне рычагов и ручек. Удары в дверь убедили меня, что детальное ознакомление с устройством придется отложить на неопределенное время. Я протянул руку и попытался завести двигатель. Ничего не произошло. То есть произошло, но совершенно не то, чего я ожидал. Двигатель не заработал, зато в ушах зазвучал милейший девичий голосок: – Не пытайтесь включить двигатель, не пристегнув ремень безопасности. – Вы совершенно правы, мисс, благодарю вас, – ответил я и немедленно защелкнул ремень. И снова включил зажигание. – Двигатель включается только на нейтральной передаче, – продолжал наставлять меня голосок. Удары в дверь становились все увереннее. Я выругался и переключил скорости, как требовалось. И двигатель заработал. Я включил передний ход и услышал очередной совет: – Не пытайтесь тронуться с места при включенном ручном тормозе. Тьфу, тормоз, тут уже маленькая дверца рухнула на пол, поршни пришли в движение, повалил пар, ко мне бросился какой-то человек. Сторінка 17 Назад Далі Перейти на сторінку: |
|
|
Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом. |
