Бібліотека Страуса - Фрэнк Герберт. Дюна

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 2

-- Зачем вы это делаете? -- спросил Пол.

-- Чтобы убедиться, что ты человек. Молчи!

Пол сжал левую руку в кулак, потому что жжение перешло и на нее. Оно медленно росло... Становилось все сильнее и сильнее... Он чувствовал, как глубоко впились ногти в ладонь, и попытался разжать кулак, но не мог шевельнуть пальцами.

-- Горит, -- прошептал он.

-- Молчи!

Рука Пола задрожала, на лбу выступил пот. Казалось, каждая клеточка тела кричала: выдерни руку, но... Гом Джаббар! Не поворачивая головы. Пол попытался, скосив глаза, посмотреть, в каком положении находится игла. Услышав свое шумное дыхание, мальчик попытался унять его, но не смог.

-- Пол!

Весь мир для него сосредоточился на неподвижном старческом лице, обращенном к нему.

-- Горячо! Горячо!

Ему казалось, что он чувствует, как кожа на его руке обугливается, как расплывается и исчезает плоть и остаются одни кости. И вдруг боль разом утихла, словно ее кто-то отключил. Обильный пот выступил на теле мальчика.

-- Довольно! -- пробормотала старуха. -- Кулл вахад! Еще ни один ребенок, рожденный женщиной, не выдерживал такого испытания. Я не должна была желать твоего поражения. -- Она отодвинулась. -- Молодой человек, вы можете посмотреть на свою руку.

Усмирив болезненную дрожь. Пол вглядывался в лишенную света черноту. Казалось, боль еще жила. Жила, пропитав собою каждое ушедшее мгновение.

-- Ну же! -- крикнула она.

Пол рывком выдернул руку и с удивлением уставился на нее. Никаких следов ожога на ней не было. Он поднял кисть, повертел ее, пошевелил пальцами.

-- Это только возбуждение нервов, -- проскрипела старуха. -- Зачем калечить тех, кто может оказаться полезен?! И все же кое-кто отдал бы многое за тайну этого кубика.

-- Но боль...

-- Боль? -- усмехнулась она. -- Человек может вызвать и подавить любые ощущения в своем теле.

-- С моей матерью вы проделывали нечто подобное?

-- Ты когда-нибудь просеивал песок?

Пол кивнул утвердительно.

-- А мы, Гессерит, просеиваем людей, чтобы найти человека.

Пол поднял руку, подавляя воспоминание о пережитой боли.

-- Это все, что нужно, -- суметь перенести боль?

-- Я наблюдала за тобой в критическую минуту. И мне открылась твоя внутренняя суть.

Пол уловил искренность ее тона и кивнул:

-- Это правда!

Старуха пристально посмотрела на него. Он уже чувствует правду! Может, она нашла то, что искала? Она подавила волнение и сказала себе правило Бене Гессерит: "Надейся и наблюдай".

-- Ты знаешь, когда люди сами верят в то, о чем говорят?

-- Знаю!

Голос Пола был мелодичен, и старуха уловила эту особенность.

-- Возможно, ты Квизатц Хедерах. Присядь у моих ног, дружок.

-- Я предпочитаю стоять.

-- Твоя мать сидела когда-то у моих ног.

-- Я -- не она!

-- Похоже, ты нас не жалуешь? -- Старуха повернулась к двери и позвала: -- Джессика!

Дверь мгновенно распахнулась, и мать встала на пороге, тревожно оглядывая комнату. Но вот она увидела Пола, и тревога сошла с ее лица.

-- Джессика, ты перестанешь когда-нибудь меня ненавидеть? -- спросила старуха.

-- Я и люблю, и ненавижу вас одновременно. Моя ненависть происходит от боли, которую я, должно быть, никогда не забуду. Моя любовь...

-- Просто любовь, -- закончила за нее старуха, и голос ее прозвучал неожиданно мягко. -- Теперь ты можешь войти, только веди себя тихо.

Джессика вошла в комнату, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.

"Мой сын жив, -- думала она, -- и он -- человек. Я всегда знала это... Он живет. Теперь и я могу жить дальше".

Пол смотрел на мать. Он знал, что она сказала правду. Ему захотелось уйти и обдумать все, что произошло, но он знал, что не может это сделать, пока старуха ему не разрешит. Она приобрела над ним власть. Она говорила правду: его мать тоже прошла через это -- ради какой-то таинственной и ужасной цели. Его собственная жизнь отныне тоже была подчинена этой цели, хотя он и не знал пока, в чем она состоит.

-- Когда-нибудь тебе тоже придется стоять на страже у этой двери, и это будет высшая мера доверия, -- сказала старуха.

Пол посмотрел на руку, перенесшую боль, перевел взгляд на Преподобную мать. Голос ее стал не похож на все другие, слышанные им когда-либо прежде. И он понял, что теперь он может получить ответ на любой вопрос и что тому миру безмятежности, в котором он жил до сих пор, пришел конец.

-- Для чего проводится это испытание на человеке? -- спросил он.

-- Чтобы высвободить его личность!

-- Как это?

-- Когда-то человек слишком полагался на машины, но это лишь позволило поработить его другим людям, имеющим более совершенные механизмы.

"Не заменяй машиной человеческий разум", -- процитировал Пол.

-- Это лозунг Бутлерианского джихада, записанный в Оранжевой Католической Библии, -- подхватила старуха. -- Ты что, учился на ментата?

-- Я лишь приступил к этому под руководством Зуфира Хавата.

-- Великое восстание смело все эти костыли и подпорки к человеческому созданию. Оно побудило человеческий разум к совершенствованию. Чтобы развивать заключенные в человеке возможности, были открыты специальные школы.

-- Такие, как школа Бене Гессерит?

Старуха утвердительно кивнула:

-- Бене Гессерит, как и Космический Союз, продолжает традиции школ древности. Но этот последний придает решающее значение математике, в то время как для Бене Гессерит главное...

-- Политика, -- закончил за нее Пол.

-- Кулл вахад! -- воскликнула старуха и сердито посмотрела на Джессику.

-- Я ничего ему не рассказывала, -- возразила та.

Преподобная мать обратилась к Полу:

-- Ты высказал замечательную догадку. Действительно, политика. Именно в ней нуждается человеческий род, чтобы не прервалась его нить. Однако при этом надо все время иметь в виду, что между высшими интересами общества и животными инстинктами существует неразрывная связь. Нельзя нарушать ее, если ты заботишься о будущих поколениях.

Слова старухи внезапно потеряли для Пола специфическую остроту. Он почувствовал наступление того, что его мать называла инстинктом правды. Не то чтобы Преподобная лгала, просто она верила в то, что говорила. Пол ощутил в себе ту же таинственную цель.

-- Но мать говорила мне, что последователи школы Бене Гессерит не знают своих родителей, -- вставил он.

-- Генетические линии сохранены в наших записях, -- возразила старуха.

-- Тогда почему моя мать не знает своей?

-- Некоторым дано узнать, чей род они продолжают, но только очень немногим. Мы бы могли, например, захотеть брака твоей матери с ее близким родственником, чтобы усилить генетическое влияние на потомков. Ведь для этого может существовать масса причин...

И снова Пол почувствовал в ее словах полуправду. Он сказал:

-- Вы много на себя берете!

Преподобная мать удивленно посмотрела на мальчика:

-- Мы несем на себе бремя большой ответственности!..

-- Вы сказали, что я могу стать... как это? Квизатцем Хедерахом? Это нечто вроде Гома Джаббара в образе человека?

-- Пол, -- с укоризной произнесла Джессика, -- ты не должен говорить таким тоном с...

-- Я справлюсь сама, -- остановила ее старуха. -- Скажи мне, мальчуган, что тебе известно о предсказательном веществе?

-- Его принимают, чтобы отличить ложь от правды, так говорила мне мать.

-- Ты когда-нибудь видел транс правды?

-- Нет!

-- Это вещество опасно, -- сказала старуха. -- Оно дает внутреннее видение Оно усиливает не только твою память, но и память предков, благодаря чему можно заглянуть в далекое прошлое Однако это доступно только женщинам. -- Голос старухи стал печальным. -- Но и мы в этом ограниченны: мы можем видеть только прошлое женщины. Правда, в старинных книгах сказано, что однажды мужчина получит этот дар и сможет увидеть не только женское прошлое, но и мужское.

-- Это будет Квизатц Хедерах? -- спросил Пол.

-- Да Многие испытывали на себе предсказательное вещество, но безуспешно.

-- Их попытки заканчивались неудачей?

-- Если бы! -- она покачала головой. -- Их попытки заканчивались гибелью.

x x x

Попытка понять Муаддиба, не поняв его смертельных врагов, -- это попытка увидеть правду без знания лжи. Это попытка понять, что такое свет, не зная, что такое тьма. Это просто невозможно.

Принцесса Ирулэн.

Руководство Муаддиба.

Большой круглый шар -- выпуклое изображение Вселенной -- вращался под нетерпеливой рукой, унизанной драгоценными перстнями. Глобус был надет на стержень, укрепленный в одной из стен комнаты, не имеющей окон; три другие стены были увешаны полками, заполненными книгами, папками, магнитными записями и фильмами Освещалась комната золочеными шарами ламп.

В центре комнаты стоял эллиптический стол желто-розового цвета. Его окружали кресла. В одном из них сидел круглолицый темноволосый юнец лет шестнадцати с мрачным взглядом. В другом расположился стройный, небольшого роста мужчина с женственными чертами лица. И юнец и мужчина смотрели на глобус и на человека, вертевшего его.

Из-за глобуса послышалось хмыканье, и басистый голос произнес:

-- Вот она, Питер, величайшая ловушка в мире. И герцог непременно угодит в нее! Где ему тягаться со мной!

-- Разумеется, барон, -- прозвучал в ответ мелодичный тенор.

Полная рука отпустила глобус, и его вращение прекратилось. Теперь глаза всех находящихся в комнате могли созерцать его неподвижную поверхность Этот глобус был из числа тех, что делаются для богатых коллекционеров или для правителей планет империи Он был отмечен характерным мастерством, которым славились ремесленники соответствующей планеты.

Полная рука снова опустилась на глобус.

-- Я пригласил вас сюда для того, чтобы вы, Питер, и вы, Фейд-Раус, посмотрели вот на эту область между шестьюдесятью и семьюдесятью градусами. Лакомый кусочек, не правда ли? Здесь есть и моря, и озера, и даже реки. Ее не спутаешь ни с чем -- это Арена единственная и неповторимая! Превосходное место для единственной в своем роде победы!

Улыбка тронула губы Питера.

-- Только подумать, барон, падишах империи верит в то, что отдает герцогу вашу часть планеты!

-- Подобные слова не имеют смысла, -- загремел барон. -- Ты сказал это, чтобы смутить юного Фейд-Рауса, моего племянника. Но в этом нет никакой необходимости.

Угрюмый юнец завозился в своем кресле, разглаживая на себе черное трико. В этот момент в дверь за его спиной постучали, и он резко выпрямился.

Питер поднялся, подошел к двери и открыл ее ровно настолько, чтобы можно было принять записку, скатанную в трубочку. Закрыв дверь, он развернул листок и рассмеялся.

-- Ну? -- повелительно спросил барон.

Сторінка 2

Назад Далі

1....3 4...87 88 89

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.