Бібліотека Страуса - Фрэнк Герберт. Дюна

Повернутись по переліку книжок автора

Сторінка 16

-- Один лишь Бог... -- пробормотал Лето.

-- Ну зачем так пессимистично, сэр? -- возразил Хават. -- Мне приходилось слышать, как произносили это имя Свободные -- судя по всему, они имели в виду реальное лицо.

-- "Да не послужи двум хозяевам", -- произнес Хэллек, имитируя изречения из Священного писания.

-- Уж кому-кому, а тебе следовало бы это знать, -- укорил воина герцог. Хэллек же только улыбнулся ему в ответ.

-- А судья по изменениям, имперский эколог Кайнз? -- в голосе Лето зазвучала надежда. -- Разве он не должен знать, где расположены эти базы?

-- Сир, -- осторожно напомнил Хават, -- этот Кайнз -- имперский служащий.

-- Который находится очень далеко от императора, -- стоял на своем Лето. -- Мне нужны эти базы. Там есть оборудование, которое можно снять и использовать для наших рабочих машин.

-- Сир, -- не выдержал Хават, -- по закону эти базы все еще являются владениями Его величества.

-- Ты забыл о ветрах, -- герцог отнюдь не собирался сдавать свои позиции, -- а они здесь такие, что могут разрушить все что угодно. Мы всегда можем сослаться на погоду. Найдите скорее этого Кайнза и узнайте у него по крайней мере, где расположены эти базы.

-- По-моему, это рискованно, -- не сдавался Хават. -- Дункан говорит, что Свободные придают большое значение этим базам, даже не зная толком, существуют ли они в действительности. Мы можем повредить себе в глазах Свободных. Мы можем оттолкнуть их от себя, если займемся этими базами.

Пол оглядел всех присутствующих и заметил, как напряженно они вслушиваются в каждое слово Похоже, что намерение его отца глубоко их встревожило.

-- Послушай Хавата, отец, -- сказал Пол. -- Он говорит правду.

-- Сир, -- Хават сделал вид, что не услышал реплики Пола, -- эти базы могли бы дать нам материал для ремонта всего оставленного нам оборудования, и все же, по стратегическим соображениям, они находятся вне нашей досягаемости. Было бы опрометчиво действовать, не имея точной информации. Этот Кайнз -- влиятельный арбитр из империи, мы не должны этого забывать. И Свободные от него зависят.

-- Тогда проделайте все помягче. Я хочу только знать, существуют ли эти базы.

-- Как пожелаете, сир, -- Хават сел и опустил глаза.

-- Что ж, хорошо, -- герцог начал подводить итоги -- Мы знаем, что нас ждет впереди. Работа. Мы к ней готовились, и у нас есть некоторый опыт. Мы знаем, какова награда, альтернатива тоже достаточно ясна. Каждый из нас знает свои задачи -- Он посмотрел на Хэллека -- Ты, Гурни, прежде всего займись контрабандистами.

-- "Я пойду к повстанцам, обитающим в пустынных землях", -- пропел Хэллек.

-- Когда-нибудь я постараюсь поставить этого доблестного воина в такое положение, что он не сможет подобрать ни одной цитаты, а без них он все равно что голый, -- пошутил Лето.

Послышались смешки, но Пол уловил в них некоторую натянутость.

Герцог повернулся к Хавату:

-- Подготовь на этом этаже службы и коммуникации, Зуфир. Когда сделаешь это, доложишь мне.

Хават встал и, оглядев присутствующих, пошел к выходу. Остальные суетливо задвигались, гремя стульями, стараясь скрыть за этой торопливостью свое смущение.

"Все закончилось смятением", -- подумал Пол, следя за тем, как выходит последний человек. Раньше заседания штаба заканчивались иначе.

Впервые Пол позволил себе задуматься над реальной возможностью поражения -- не из-за страха или предупреждения Преподобной матери, но ради объективной оценки реальности.

"Мой отец в отчаянном положении, -- думал он -- Дела для нас складываются не очень хорошо. И Хават, -- Пол вспомнил, как старый ментат вел себя на совещании, -- не уверен, колеблется, проявляет признаки тревоги. Хават чем-то глубоко взволнован".

-- Тебе лучше провести остаток ночи здесь, сын, -- сказал герцог. -- Скоро уже рассвет. Я сообщу об этом твоей матери. -- Медленно и устало он поднялся на ноги. -- Почему бы тебе не составить несколько стульев и не отдохнуть?

-- Я не слишком устал, сир.

-- Как знаешь.

Герцог сложил руки за спиной и начал медленно прохаживаться вдоль стола.

"Как лев в клетке", -- подумал Пол.

-- Ты собираешься обсудить с Хаватом возможность предательства?

Герцог остановился перед сыном и проговорил, глядя в окно:

-- Мы обсуждали эту возможность много раз.

-- Похоже, что старуха верит в то, что говорит, -- сказал Пол -- И записка, полученная матерью.

-- Предосторожности приняты, -- отрезал герцог.

Он оглядел комнату, и Пол увидел охотничий огонек, зажегшийся в его глазах.

-- Оставайся здесь. Я должен обсудить с Зуфиром кое-какие вопросы.

Он повернулся и, кивнув охране у дверей, вышел из комнаты.

Пол пристально смотрел на то место, где только что стоял отец Оно опустело еще до того, как герцог ушел И Полу вспомнилось пророчество старой женщины:

"... Для твоего отца уже ничего нельзя сделать".

x x x

В тот первый день, когда Муаддиб шел со своими родителями по арраки неким улицам, некоторые из встреченных им людей, вспоминая легенды и пророчества, кричали ему вслед "Муад!" Но в их криках слышался скорее вопрос, нежели утверждение, ибо пока они могли только надеяться на то, что он является предсказанным Лизаном ал-Гаибом. Их внимание было приковано и к его матери, потому что они слышали о том, что она была Бене Гессерит, и для них было ясно, что она похожа на других Лизан ал-Гаибов.

Принцесса Ирулэн.

Сведения о Муаддибе.

Когда герцог нашел Хавата в указанной ему охраной комнате, тот был один. В соседнем помещении, где устанавливалось оборудование, стоял шум, в комнате же, которую занимал Хават, было тихо. Пока Хават поднимался из-за заваленного бумагами стола, герцог огляделся. Зеленые стены. Три кресла вокруг стола. На каждом из них красное пятно -- след, оставшийся от поспешно стертой с них буквы "х".

-- Кресла очищены и вполне безопасны, -- сказал Хават. -- Где Пол, сэр?

-- Я оставил его в совещательной комнате. Надеюсь теперь, когда я его не смущаю, он сможет немного отдохнуть.

Хават кивнул, подошел к двери, закрыл ее, и шум сразу стих.

-- Зуфир, я все думаю о запасах спайса империи и Харконненов.

-- Что именно вас тревожит, мой господин?

Герцог поджал губы:

-- Склады весьма ненадежны.

Хават попытался что-то объяснить, но герцог остановил его:

-- Оставим в покое запасы императора. Думаю, он был бы втайне рад, если бы Харконнены пришли в замешательство. Как ты считаешь, будет ли барон заявлять протест, если разрушить нечто такое, что он не сможет признать своим открыто?

Хават покачал головой:

-- У меня нет лишних людей, сир.

-- Займи у Айдахо. А может быть, кому-нибудь из Свободных доставит удовольствие прогулка по планете?

-- Как скажете, мой господин. -- Хават отвернулся. Видя, что старик нервничает, герцог подумал: "Возможно, он подозревает, что я ему не доверяю. Должно быть, он знает, что я имею информацию о предательстве. Что ж, лучше всего попробовать успокоить его".

-- Зуфир, поскольку ты один из немногих, кому я могу доверять безусловно, мы должны немедленно обсудить еще один вопрос. Мы оба знаем, какими бдительными нам нужно быть, чтобы помешать предателям проникнуть в наши ряды... но у меня есть два новых сообщения.

Хават обернулся и посмотрел на герцога. Лето повторил рассказанное Полом. Но услышанная информация не ввергла ментата в состояние напряженной сосредоточенности, а лишь усилила его волнение.

Понаблюдав за стариком. Лето сказал:

-- Ты что-то скрываешь, старина. Мне следовало бы понять это тогда, когда ты так нервничал на совещании штаба. Что же это такое, о чем нельзя было сообщить на заседании штаба?

И без того узкие губы Хавата вытянулись в узкую ниточку; на его лице четче обозначились глубокие морщины:

-- Мой господин, я не знаю, как об этом сказать.

-- Зачем нам хитрить друг с другом? Ты ведь знаешь, что со мной можно говорить обо всем, Зуфир.

Хават продолжал смотреть на герцога, думая про себя: "Вот таким я люблю его больше всего. Он человек чести и заслуживает того, чтобы до конца рассчитывать на мою преданность и усердие. Почему я должен причинить ему боль?"

-- Итак? -- спросил Лето.

Хават пожал плечами:

-- Все дело в клочке записки. Мы отобрали ее у курьера Харконненов. Она была предназначена для агента по имени Парди. У нас есть веские причины считать, что Парди -- руководитель здешней агентурной сети Харконненов. Записке, конечно, можно придавать большое значение, а можно считать ее никчемной. Все зависит от того, как ее воспринимать.

-- Каково же содержание записки?

-- Клочка записки, мой господин. Она была сделана на пленке, и к ней, как обычно, была привязана капсула со взрывчатым веществом. В наши руки попал лишь клочок пленки, однако важный.

-- Ну?

Хават провел языком по губам.

-- В ней говорится: "... Его никогда не станут подозревать, и когда на него обрушится чей-либо удар, одного этого будет достаточно, чтобы его уничтожить". На записке была собственная печать барона, я ее узнал.

-- Твои подозрения не лишены оснований, -- в тоне герцога Хават внезапно почувствовал холодок отчуждения.

-- Я бы скорее дал отрезать себе руки, чем причинить вам боль, господин, но что, если...

-- Леди Джессика?! -- гневно вскричал Лето, не дав Хавату договорить. -- Неужели ты не мог выудить правду у этого Парди?

-- К несчастью, Парди уже не было в живых, когда мы перехватили курьера. Курьер же, я в этом уверен, не знал, что нес.

Лето встряхнул головой: "Как все это отвратительно! Ничего подобного быть не может -- я знаю свою женщину".

-- Мой господин, если...

-- Нет! -- взревел герцог. -- Здесь ошибка!

-- Мы не можем оставить этот факт без внимания, мой господин.

-- Она со мной шестнадцать лет! У нее было бесчисленное число возможностей для того, чтобы... Ты сам изучал школу Бене Гессерит и Джессику.

Хават горько проговорил:

-- Как уже известно, факты могут проходить мимо меня.

-- Говорю тебе, что это невозможно. Харконнены хотят уничтожить род Атридесов, включая и Пола. Они уже однажды пытались, Может ли мать замышлять что-то против сына?

-- Возможно, против собственного сына она не действует. А вчерашняя попытка могла быть хитрым трюком.

-- Она и была трюком.

-- Сир, леди Джессика утверждает, что ее родители ей неизвестны. А что, если она сирота и сиротой ее сделали Атридесы?

-- Она могла бы начать действовать давным-давно. Подсыпать яд в мое питье... вонзить ночью стилет... У кого как не у нее были такие возможности?

-- Харконнены хотят уничтожить вас, мой господин. В их намерения входит не только убийство. Вендетта должна быть настоящим искусством.

Плечи герцога поникли. Он закрыл глаза, почувствовав себя старым и усталым. "Этого не может быть. Женщина открыла мне свое сердце".

-- Можно ли придумать лучший способ уничтожить меня, чем посеять во мне подозрения к той, которую я люблю?

-- Я думал об этом, -- сказал Хават, -- и все же...

Герцог открыл глаза и посмотрел на Хавата: "Пусть он подозревает. Подозрения -- это по его части. Может быть, если я притворюсь, что поверил в это, тот, другой, станет менее осторожным".

-- Что ты предлагаешь? -- прошептал герцог.

-- Постоянное наблюдение с этой минуты, мой господин. Она должна быть под надзором в любое время суток. Я прослежу за этим. Айдахо был бы идеальным человеком для подобной работы. Может быть, через неделю нам удастся заполучить его обратно. В его отряде есть один юноша, обученный нами настолько хорошо, что он мог бы служить идеальной заменой Айдахо у Свободных. Он искушен в делах дипломатии.

-- Не рискуй со Свободными!

Сторінка 16

Назад Далі

1....14 15...17 18...89

Перейти на сторінку:

Всі твори, представлені в розділі БІБЛІОТЕКА сайта www.straus.net.ua, взяті з відкритих джерел. Авторам, котрі бажають або не бажають бачити свої твори на цьому сайті, необхідно написати нам звідси. А роскомнадзору йти слідом за руським ваєнним карабльом.